Глаз Дракона. Обломки Расколотого мира

После мгновенного замешательства Ларс разжал пальцы. Анна дрожащими руками принялась вытирать выступившие слезы, лишь размазывая кровь. Подошла София:

– Готово. – Она держала в руках заветный пузырек с прозрачной жидкостью. – Я… немного поэкспериментировала с заклинанием, и состав внутри несколько отличается от того, что был прежде.

– Что?

– Ларс, эти кислотные ожоги…

– Дай сюда! – Анна поднялась и хватала воздух протянутыми руками. Не глядя на Ларса, принцесса крепче сжала в ладонях воительницы снадобье:

– Это не опасно.

Дважды повторять не пришлось. Анна, словно терзаемая жаждой, с жадностью накинулась на раствор.

Ларс замер. Пережитые им эмоции еще были слишком свежими, чтобы спокойно наблюдать за действием снадобья. Мария подошла к сестре и прижалась к ее руке, украдкой поглядывая на Ларса. София следила за Анной.

Мгновение она еще оставалась на ногах, но затем пальцы ее разжались, выпуская склянку. Дрожь прекратилась, руки обмякли, и воительница повалилась с ног.

Ларс сорвался с места, успевая подхватить девушку. Ее голова опрокинулась набок, и плечо Ларса окрасилась кровавыми слезами.

– Склянку с заживляющим раствором сюда! Быстро! – Ларс не узнал свой голос, но сейчас было не до учтивостей.

София стояла ни жива ни мертва, не смея моргнуть и глазом; Мария, глянув на сестру, ринулась за снадобьем.

– Анна, открой глаза! Анна, смотри на меня! Слышишь? – он уже рычал, пульс девушки гаснущей струйкой утекал из тела, кровь не прекращалась.

Потяжелевшей рукой Ларс повернул голову девушки на себя, но она словно и не ощущала прикосновений. Ее лицо побледнело, крупицы дыхания льдинками холодили ночной воздух.

Вернулась Мария:

– Кажется, это…

Ларс вырвал из рук принцессы флакон и без лишней осторожности плеснул пару капель на землю. Трава не воспламенилась, значит, не взрывное, и оно должно помочь, иначе… что наколдовала в своем заклинании София?

– Анна, давай! – Он приподнял девушку, стараясь напоить ее как можно аккуратнее, не пролить ни единой капли.

Конечно, она его не слышала. Ее тело обмякло и лежало на его руках неподвижной куклой. Остатки жизни в ней отсылали кровавые дорожки из глаз, и последние силы брошены были на крохи холодного дыхания и едва различимого пульса…

– В тебе сила, ты боец… ну же.

Он коснулся ее губ черствыми пальцами, помогая пить, но кроме холода и крови взамен он не получил ничего.