Глаз Дракона. Обломки Расколотого мира

 – Что-то заставило их выйти наружу… горы опустели.

София нахмурилась. В Академии магии ей приходилось изучать разных существ, но ульдры не входили в число воинственных. Они лишь были другими.

– Когда начнется бой, сразу же прячьтесь, – недолго поразмыслив, воительница продолжила. – Если нам повезет, и шаманов мы не встретим, то возможно, останемся живы.

– Разве они не сторонятся людей? – София все же решилась спросить.

– Мы в их владениях, – фыркнула та. Но задержала на девушке взгляд, будто оценивая.

Мария крепче вцепилась в руку сестры, София незаметно кивнула воительнице, и та продолжила:

– А сейчас идем! И чем быстрее, тем меньше у нас будет неприятностей.

Она сорвалась с места. Легкими шагами она прокладывала путь с трудом поспевающим за ней принцессам. София старалась не отставать и не подводить намерения воительницы, тем более, что они касались ее с Марией безопасности. Попутно в глаза бросались черные метки с кровавыми знаками на стволах крайних деревьев, надписи на неряшливо сколоченных табличках, но девушка не могла разобрать их – это нечеловеческий язык.

– Бедные ульдры. – Мария тоже заметила признаки их пребывания в мертвом лесу. – Эта дикарка сожрет их заживо…

София дернула ее руку:

– Прекрати, Мария! – На сестру она не посмотрела, темп не сбавила.

София вдруг поймала себя на мысли, что оправдывает воительницу. После того, как она заговорила с ними, стало немного легче, и сомнения в правильности их пути постепенно стали улетучиваться. Если этот недлинный диалог мог хоть что-то значить для их конечной цели, то для Софии он стал первым шагом в образовании их маленькой, но уже общей команды.

Сколько они прошли еще после брошенного лагеря, сложно оценить, но ступать со временем стало совсем тяжело. Не предназначенные для столь долгих путешествий, сапожки для конных прогулок протирались в подошве. Мария же совсем выдохлась. Повиснув почти всем телом на руке сестры, она тянула ее назад. Принцессы вновь стали отставать от спутницы.

– София, – девушка услышала приглушенный голос. Дыхание Марии сбилось, и оттого обрывались слова.