Маргит. Древний ужас

Как принцесса догадалась, что Маргит и принц Джеронимо одно и то же лицо? И как она сумела убить Маргита, ведь сильнее и ужаснее его никого не было?

– В облике человека он очень даже уязвим! Как ты помнишь, чтобы его не заподозрили, он снова превращался в Джеронимо.

– Зачем самому сильному и ужасному существу на свете притворяться, что он слабый человек?

– Это же просто, только человек может править людьми! Маргит – монстр. В конце концов, его бы все равно убили. Люди бы не потерпели, что над ними властвует маргит.

– Ну, хорошо, а все-таки, как узнала она, что принц Джеронимо и есть маргит-убийца?

– Услышала, подглядела, догодалась. Какая разница – суть ведь не в этом.

– Очень большая разница, сказкой – сказкой, а ведь это реальная история!

– Ты же не будешь отрицать, что Маргит – зло, причем не просто местный упырь, а в масштабе королевства.

– И ни капельки от этого не выиграл.

– Только потому что его вовремя остановили! Ох Аманда, тебя послушать, так ты на его стороне! Но он дурной, он убийца! Он хладнокровно убил своих родителей, дядьев, четверых братьев и сестру! Когда Матильда его ранила, он на глазах у придворных стал ужасом. Это факт.

Аманда пожала плечами, было видно, что Миранда ни капельки ее не убедила.

– Давай займемся делами, а то мы с тобой полдня потратили на бесполезные споры.

– И кто в том виноват, что они бесполезные? Будь у тебя капелечка ума, то…

– Не будем переливать из пустого в порожнее, что у нас на повестке дня?

– Мальчишки на рыбалке, девчонки ткут и прядут, старухи на кухне ворчат в ожидании улова и готовят на ужин «фу какую гадость» – гороховый суп или бобовую похлебку со свиными ребрышками. А нам с тобой нужно баньку затопить да за упавшими деревьями в лес съездить.

– Обойдемся банькой, с дровами завтра.

– А я о чем, Маргит нас со свету сживет при любом раскладе.

– Молчи дурёха, без языка ведь останешься.

Девчонки, переругиваясь, отправились набивать ведра снегом и таскать в баню дрова.

Глава 4

– Ваш мальчик, сущий ангелок, – зевая, произнесла королева, одним глазком поглядывая на пятнадцатилетнего сорванца с хитрой физиономией.

– Так и есть, миледи, – леди Кристина присела в реверансе.