Ткачиха

Он лгал ей и явно использовал для каких-то своих целей – был бы он честен, так рассказал бы всё с самого начала! А то, что он ведёт какие-то тайные дела с одним из слуг Ткачихи, вообще оставалось за гранью понимания Бетти.

Девочка чувствовала, что ещё немного, и все те чувства, что сейчас бурлили в ней – разочарование, отчаяние, тоска, недоверие, – просто выплеснутся некрасивыми слезами. Она не хотела выглядеть слабой перед Рубашечником.

Поэтому она подняла голову и открыла уже рот, чтобы сообщить ему: ей всё известно! Или он расскажет всю правду, или она идёт одна! – но встретилась с ним взглядом и замерла.

У него было озабоченное лицо. И он смотрел куда-то за спину Бетти.

– Что… такое? – напряжённо спросила Бетти.

Взгляд Рубашечника стал печален.

– Всё хуже, чем казалось, – прошептал он. – Я было порадовался, что она не расплела тебя и ты можешь спокойно пройти сквозь Тени. Но… Она продолжает это делать прямо сейчас. Я вижу нити, что идут прямо из твоей спины.

Бетти, извернувшись, посмотрела через плечо.

И правда! Почти незаметная нить тянулась от её спины, теряясь в Лесу. Было не сложно догадаться, куда она убегала. В беспроглядную тьму, в логово жадной Ткачихи.

– Вы… можете что-нибудь с ними сделать?

– Знаешь…. Я никогда не встречал здесь такую, как ты, – он не сказал «живую», но Бетти услышала. Рубашечник потёр подбородок. – С обычными Расплетёнными ничего не получилось бы: сюда попадает только их оболочка, остатки, которые Ткачихе уже не очень-то нужны.

Вот они и бродят по Холмам, точно отчаявшиеся призраки. Но ты… Ты борешься с ней. Сопротивляешься её чарам. Я попробую.

Бетти поёжилась: вокруг ощутимо похолодало. В лесу было тепло и солнечно. В Холмах же налетел холодный ветер и пробрал до самых костей, заставив дрожать. Как хорошо, что она догадалась захватить толстовку.

Рубашечник неожиданно провёл ладонью по её спине, и Бетти чудом удержалась от вскрика – таким внезапным оказалось прикосновение.

– Что вы делаете?!

– Я подумал вот о чём.

Ты же настоящая девочка. Значит, у неё уходит много сил. Даже в этом мире, где она так сильна, жизнь преобладает над ней. Нить совсем тоненькая. Что, если просто её оторвать? – спросил он.

– Думаете, получится? – опасливо спросила Бетти.

– Мы никогда не узнаем, если не попробуем.

Бетти глубоко вздохнула и зажмурилась.

– Давайте. Давайте попробуем.

Рубашечник медлил. Он обошёл её со спины, положил руку на плечо и крепко сжал.