Мутные воды

Почему ты считаешь, что я… Как ты сказала? Надломленный?

Эмилия подумала, что сболтнула лишнее.

– Я не говорю, что это плохо. Просто мы другие, вот и все.

– А как ты определяешь эту «надломленность»? Как ты ее видишь? Ты не знаешь, о чем страдали другие люди.

Девушке понадобилась минута, чтобы собраться с мыслями:

– Мы начинали жизнь заново. Это оставляет незримый отпечаток на лице.

Арчибальд задумался. Эмилия решила продолжить:

– Нам и так хорошо в нашем маленьком мире.

– Почему ты решила согласиться на мое предложение?

– Ты никогда меня об этом не спрашивал.

– И?

– Сейчас мне кажется это безумным, но тогда… Я почему-то почувствовала, что могу довериться тебе. Что знаю тебя, хотя мы говорили тогда первый раз в жизни. Я послушала свою интуицию и все.

– Да уж, сумасшедшая. Но в итоге вышло неплохо, как мне кажется.

Оба улыбнулись. Эмилия подошла к креслу, на котором сидел брат, и медленно провела рукой по его волосам.

– Интересно, как повернулась бы жизнь, если бы я отклонила твое предложение и уехала обратно за границу?

Арчибальд вновь тяжело задумался и в конце концов сказал:

– Все на свете могло бы быть другим, но имело бы тот же смысл.[1 - Теннеси Уильямс – американский прозаик и драматург.]

Эмилия удивилась. За то время, что они прожили вместе, она никак не могла привыкнуть к тому, что в один момент ее брат мог быть дураком-разгильдяем, каких еще свет не видывал, а спустя минуту – серьезно раздумывать над смыслом жизни и выдавать умные книжные фразочки.

– Я люблю тебя, Арчи, – она произнесла это вкрадчиво, так, чтобы интонацией передать всю теплоту чувств, вкладываемых в каждый звук.

– Лучше бы ты сказала это кому-нибудь из тех, кто ходил вокруг тебя весь вчерашний вечер, – молодой человек вновь улыбнулся и нежно взял девушку за руку.

Эмилия закатила глаза и устало вздохнула.

– Ладно-ладно, я тоже тебя люблю, сестренка. Я рад, что все вышло так, как вышло. – Арчибальд встал и обнял Эмилию. Последний луч солнца спрятался за горизонт. Это случилось за доли секунды.