Суждено быть вместе

Он смотрел на нее с мрачной сосредоточенностью.

– Меня зовут, – тихо сказал он, – Маттиас Василиас.

Такое звучное имя идеально ему подходило. Оно было похоже на звон литавр, так торжественно оно прозвучало. Мэт было слишком плебейским именем для такого экзотического красавца.

– Хорошо, – кивнула она. – Значит, Маттиас.

В его глазах промелькнуло странное выражение.

– Ты никогда обо мне не слышала?

Нечто похожее на сигнал тревоги зазвенело в голове Фрэнки.

– А что, должна?

Его губы изогнулись в сардонической ухмылке.

– Нет.

Ей послышалось осуждение в его ответе, и она ощетинилась.

– К чему вся эта охрана?

Мэт тяжко вздохнул.

– Требования протокола. Дома ее будет еще больше.

– Не понимаю. Ты какая-то известная личность?

– Можно и так сказать, – ответил он.

Маттиас прошел на кухню и достал бутылку вина. Ее желудок скрутило от воспоминаний о вине, которое они пили той ночью, всего несколько глотков, но это было самое вкусное вино, которое она когда-либо пробовала.

– Что происходит, Мэт, Маттиас?

Он прищурился. Интересно, произнесенное ею его полное имя для него прозвучало так же непривычно странно, как и для нее? Имя Маттиас подходит ему гораздо больше. Ей нравился вкус этих экзотических слогов на кончике языка.

– Моя семья погибла в результате несчастного случая много лет назад. Мне тогда было пятнадцать лет. – Он сказал это так обыденно, что Фрэнки не могла понять, как это трагическое событие повлияло на него.

– Сочувствую, – пробормотала она, жалея, что испытывает к нему это самое сочувствие. Ей хотелось бы вовсе ничего к нему не чувствовать.

Его губы дернулись.

– Это было очень давно.

– Но я уверена, что боль утраты не утихла, – тихо сказала она.

– Я привык к одиночеству. – Он пытался отмести ее сочувствие. – Брат отца взял на себя многие обязанности моего отца. В пятнадцать лет я был слишком молод.

– Какие обязанности? – поинтересовалась Фрэнки.

– Вскоре после их смерти было решено, что в свой тридцатый день рождения я возьму на себя эту роль. – Он пристально на нее взглянул, вспоминая прошлое. – За неделю до того, как мне исполнилось тридцать, я встретил тебя. Я прилетел в Нью-Йорк только на уик-энд. Это был мой последний шанс путешествовать без охраны. – Выражение его лица изменилось.

– А чем занимались твои родители?

Это был странный разговор.