Капитуляция в брачную ночь

 – Ты же знаешь, что все на нас смотрят.

Эммилин судорожно сглотнула, обводя взглядом зал. Толпа разодетых гостей не сводила с них глаз. Все улыбались и одобрительно кивали. Сердце Эммилин екнуло. Быть женой Пьетро Морелли потребует от нее гораздо больше терпения и усилий, чем она предполагала.

Был поздний вечер, и Эммилин украдкой подавила зевок. Общительная Софи, как всегда, собрала вокруг себя компанию друзей и веселила всех байками. Сидеть рядом с ней и притворяться, что умираешь от смеха, было лучше, чем наблюдать за мужем.

Ее взгляд неосознанно остановился на Пьетро. Он по-прежнему разговаривал с рыжеволосой женщиной. Она инстинктивно нахмурилась. А как ей себя вести, если восхитительная красотка полностью завладела вниманием мужчины, за которого Эммилин вышла замуж несколько часов назад? Обладательница пышных форм с тонкой талией и длинными ногами, с гривой медно-рыжих волос и алым ртом беззастенчиво флиртовала с Пьетро. На ней было кремовое платье и золотые босоножки. Разве это не дурной тон – надеть такое светлое платье на чужую свадьбу?

Кто это?

Пьетро наклонился к ней и зашептал что-то ей на ухо.

Красотка положила руку ему на грудь и подняла на него взгляд. Даже с другого конца комнаты Эммилин почувствовала их сексуальное влечение друг к другу. Она поднялась и направилась к парочке. Эммилин подошла к ним почти вплотную, когда Пьетро оторвал взгляд от рыжеволосой бестии и посмотрел на Эммилин, словно не узнавая. Но затем раздраженно нахмурился и отошел на шаг от своей собеседницы с непроницаемым выражением лица.

– Эммилин, – пробормотал он.

– Пьетро, – сказала она, не удостоив взглядом стоявшую рядом женщину. – Можно тебя на минуту?

Его губы дернулись то ли от досады, то ли от веселья. Он приобнял Эммилин за талию и повел на танцпол.

Она остановилась и твердо сказала:

– Я не хочу больше танцевать.

– Но ты хотела поговорить со мной о чем-то. В танце это легче сделать.

– Я… – Она покачала головой. – Нет.

Он пристально на нее взглянул:

– Почему?

– Потому что… я не привыкла к такому, – пробормотала она и отвернулась.

 – Ты сам мне недавно об этом сказал.

– Тогда позволь тебя научить, – ответил он.

Крепко взяв ее за талию, Пьетро вывел ее на паркет и закружил в танце. Эммилин почувствовала себя марионеткой в его сильных руках. Она вынужденно положила руки ему на грудь, которая была твердой как скала, но теплой. Находясь в столь опасной близости, Эммилин ощущала его мужскую силу и притягательность.