Трудовик. Чистилище 1.1

Мощные челюсти сомкнулись на оружии, и тварь попыталась вырвать его из рук. Ну уж нет, в эти игры мы будем играть по моим правилам. Шаг назад, рывок, и я завалился на спину, перебрасывая псину через себя. Мать моя женщина, да эта зверюга весит не сто, а все сто пятьсот килограмм, у меня аж мышцы затрещали от напряжения.

Биту дёрнуло, но тут же отпустило, а в следующее мгновение псина рухнула на спину, издав сдавленный рык. Я ещё поднимался, очень надеясь, что тварь не оклемается быстро, когда в бой вступила Дарья.

– Ха! – выдохнула она, всаживая в тварь лезвие своего копья, а вернее, глефы. Я перехватил биту и, не поднимаясь с колен, опустил оружие на голову зверюге, пытающейся зубами ухватиться за древко. Дарья попала весьма удачно, практически пригвоздив псину к земле.

Поднявшись на ноги, зашёл сбоку и ударил в основание черепа, потом ещё раз и ещё, пока два сгустка света не отделились от мёртвой туши. Ох и живучая тварь.

– Пойдём, добьём первую, – произнёс я, только сейчас почувствовав, как у меня болит нога.

– Тебя ранили? – в голосе напарницы прозвучало беспокойство.

– Так, поцарапали. Сначала прикончим подранка, а затем с остальным будем разбираться.

Вторая псина пыталась отползти, загребая передними лапами. Увидев меня, глухо зарычала.

– Бей за ухо, – отдал я приказ Дарье. Женщина, перехватив оружие, как я учил, нанесла короткий резкий удар. Чуть промахнулась, но остриё всё равно попало в мозг твари. Та даже не дёрнулась, просто обмякла, а два сгустка света подтвердили смерть псины. Или не псины, уж больно серьёзно развита у зверя челюсть, раза в два длиннее, чем у овчарки.

В этот раз окончание боя обошлось без текста перед глазами. Добыча, на мой взгляд, была несъедобной, поэтому мы, сориентировавшись, отправились искать свои рюкзаки. К счастью, нашли достаточно быстро. Дарья тут же, не жалея ни водки, ни меня, обработала на моей ноге рану и наложила тугую повязку, израсходовав остатки бинта. Попили воды, минут пять посидели, переводя дух. На горизонте уже начинало светлеть, а значит, нужно продолжать путь.