Трудовик. Чистилище 1.1

– О, так вы со своим! – обрадовался бородатый. – Таким гостям мы рады! И да, мангал у нас имеется, а разжечь его – дело пары минут.

Через час над углями шкворчало мясо, нанизанное на пару вил, разумеется, без черенков. Рядом в небольшом, литров на пять, казане томился плов. Без моркови, но в остальном всё по обычному рецепту, не прикопаешься. Местный гарнизон, как они себя называли, состоял из трёх мужчин и двух женщин. Все были довольно общительными, в меру вежливыми, вот так, при первой встрече, и не скажешь, что все они отъявленные убийцы.

– Нас сюда на неделю забрасывают, – рассказывал Артур – тот самый мужик с седой бородой. – Встречаем новичков или возродившихся. Кто-то сам уходит, а кого-то и в центральный оазис отводим. Жратву, кроме убоины, с собой приносим. Вот только с дичью здесь туго последнее время. Зверьё словно чует, что здесь нечем поживиться, вот и обходит стороной.

– А Хрюн и ему подобные, они какую функцию выполняют? – спросил я, переворачивая вилы. Ещё пару раз повторить, и можно снимать – первая порция готова.

– Да никакую! – засмеялись мужики. Женщины о чём-то шушукались в стороне с Дарьей и нас не слушали. Молодец напарница, вижу, как ловко она разговорила местных дам. – Просто есть отбитые на всю голову отморозки, не желающие работать и не получившие никакой профы. Вот их и отправляют в разведку, осваивать новые территории. Тут дело такое, сегодня оазис – это заброшенная пятиэтажка, а если там погибнет несколько раз человек, то происходит подмена.

– Давай сюда поднос, – произнёс я, снимая вилы. – Готово.

– От это да, это дело, – обрадовался плюгавенький мужичок, то и дело подскакивающий к очагу, выложенному из каменных блоков, и потирающий свои руки. – Ух, как пахнет. Я сейчас слюной захлебнусь!

– Женщинам передай одни вилы, – сказал я.

– От это дело! Эх, ещё бы водочки, и я в раю!

– Шарамыг, не мельтеши, – проворчал Артур, поставив большой медный поднос на край очага. – И чайник тащи, с заваркой вместе. Ишь ты, водочки ему захотелось.

Минут пятнадцать никто не разговаривал, лишь изредка слышалось довольное мычание Шарамыга. Глядя, с какой жадностью насыщаются местные женщины, я поморщился.