Телепат

Тем временем дверь палаты открылась, и к нам, вместе с Марией Петровной, зашел усатый молодой человек с кавказскими чертами лица. Судя по белому халату и белой шапочке, это и был дежурный врач.

– О, он уже трапезничает! – весело воскликнул он, глядя на меня.

Я дожевал последний кусок бутерброда и поздоровался.

– Ну, как мы себя чувствуем? – спросил врач, наклонился ко мне, отогнул большими пальцами обеих рук мои веки, и внимательно стал рассматривать мои зрачки.

– Дмитрий Вахтангович как узнал, что Вы пришли в себя, тут же отложил все свои дела и бросился к Вам, – со значением произнесла Мария Петровна.

Я ответил Дмитрию Вахтанговичу, что чувствую себя нормально, но пожаловался на нудный гул в голове.

– Это пройдет, – ответил врач. – День-два, и все будет в норме. Резких болей в голове не ощущаете?

– Нет, – ответил я.

– А в спине?

– Нет.

– А ну-ка, встаньте с кровати и пройдитесь.

Я поднялся и прошелся по палате взад-вперед. Прошелся, правда, несколько неуклюже. Из-за того, что я лежал без сознания два дня, мои ноги затекли, и не очень хорошо меня слушались.

– Прекрасно, – сказал врач. – А теперь встаньте прямо, закройте глаза, вытяните руку вперед и попробуйте дотронуться указательным пальцем до кончика своего носа.

Я закрыл глаза и выполнил просьбу Дмитрия Вахтанговича.

– Все нормально, – сказал он. – Позвоночник у Вас не задет, координация движений хорошая. Садитесь на кровать.

Я присел. Врач взял стул и сел напротив меня.

– Сейчас я буду задавать Вам вопросы, а Вы будете мне на них отвечать.

– Воробьев Илья Сергеевич, – ответил я.

– Сколько Вам лет?

– Тридцать семь.

– Где Вы живете?

Я назвал свой домашний адрес. После этого Дмитрий Вахтангович спросил, где и кем я работаю, как зовут моих сослуживцев, мой домашний телефон, в какой я учился школе, какой окончил институт, помню ли я события того дня, когда со мной произошло несчастье. На все его вопросы я дал точные ответы. Врач облегченно вздохнул.

– Ну, слава богу. С памятью у Вас тоже все в порядке.

После этого Дмитрий Вахтангович стал ощупывать мою забинтованную голову.

– Здесь больно?

– Нет.

– А здесь?

– Нет.

– А вот здесь?

– Больновато, – признался я, отшатнувшись, ибо последнее прикосновение руки Дмитрия Вахтанговича в область темени действительно причинило мне некоторую боль.

– Это место ушиба, – успокоил меня доктор. – Заживет. Я думаю, долго Вам у нас лежать не придется.