Петля анаконды

В 1969 году, когда Советский Союз ввёл в Чехию свои войска… точнее, в Чехословакию, тогда эта страна называлась именно так… чтобы потушить вспыхнувшую там революцию, он, в знак протеста против советской интервенции и подавления гражданских свобод, вышел в центр города, облил себя бензином и поджёг. Этот его акт самопожертвования имел огромный резонанс как в его стране, так и во всём мире. Он стал символом сопротивления коммунистическому режиму, и память о нём до сих пор живёт в людских сердцах.

Я бросил взгляд на Сапаха – мои «чары» на него подействовали. В его глазах стал разгораться огонь.

И я усилил напор.

В тот момент я, наверное, чем-то походил на циркового гипнотизёра, производящего свои опыты над одним из зрителей. Я всячески старался, чтобы всё, что я говорю, оседало в помутившемся сознании юноши как можно более глубоко.

– А вот теперь представь, – с чувством, чеканя слова, точно шаг, принялся ораторствовать я, – выходит на центральную площадь вашего города человек. Он обливает себя бензином и поджигает. Вот лично ты сможешь мимо этого пройти?

Торговец помотал головой.

– Вот, – вскинул указательный палец я, – не смогут мимо этого пройти и другие люди. Они несомненно зададутся вопросом, что толкнуло его на столь отчаянный шаг? И узнав, в чём дело, вряд ли смогут удержать в себе гнев.

Сапах молча прихлёбывал из бокала оставшееся там пиво, смотрел куда-то перед собой и попеременно сжимал и разжимал пальцы, словно грел их. Он словно примеривал к себе описанную мною только что сцену. И следующая его фраза показала, что это было действительно так.

– Но ведь я погибну.

– Не погибнешь, – словно заглотившую наживку рыбу, подсёк его я. – Тебя тут же потушат. Людей по площади ходит много. Разве тебе дадут сгореть! Ну, получишь немного ожогов, поваляешься в больнице – так это же ерунда. Ожоги зарубцуются. Но какую ты принесёшь пользу! Твоё имя станет известно всей стране. Ты станешь народным лидером. Поднимется восстание. Нынешнего Президента свергнут, и ты станешь новым Президентом Туниса.