Чертов красавчик

Я показала приглашение. Он недоверчиво смерил меня взглядом, но ничего не сказал и отступил в сторону.

Внутри царила атмосфера того самого праздника, на который я вряд ли когда-то попала бы. На расставленных тут и там столиках возвышались бутылки элитного алкоголя. Висела лёгкая дымка от сигарет и сигар. Сам зал тонул в полумраке, поэтому на меня никто, похоже, не обратил внимания.

Фрэнсис, однако, объявился почти сразу.

– Я тебя ждал. Думал, уже не придёшь, – сообщил он.

– А где же виновник торжества? – поинтересовалась я.

– Боюсь, он сейчас занят, – покачал головой Фрэнсис. – Уединился в комнате с двумя подругами.

Эта фраза прозвучала с такой интонацией, что понять её можно было только в одном смысле.

– Пойдём, – тут же перевёл тему Фрэнсис. – Выпьем за твоё прибытие. Заодно познакомишься с гостями.

Вообще-то, я не очень «дружила» с алкоголем. Но слишком уж доброжелательно мой провожатый обо всём говорил. Всем меня представлял по имени. Поневоле я начинала проникаться к нему доверием.

Правда, и после первого бокала, и после второго, несмотря на праздную болтовню Фрэнсиса, я продолжала держать в голове мысль о том, что он бабник, что расслабляться в его присутствии нельзя. Предостережения Анджелины оставались свежи… ну или почти свежи.

Вроде бы коктейлей было всего два. А может быть, и три. Но точно разные. Возможно, поэтому – или просто с непривычки – меня повело.

– Нехорошо? – участливо спросил Фрэнсис, взглянув на меня. – Пойдём наружу. Освежись.

Я взглянула на него: серые глаза на сей раз и правда были полны участия. Уж не знаю, каким надо быть великим актёром, чтобы такое изобразить! Я доверчиво уткнулась в его плечо, видя прямо перед глазами цветастый воротник рубашки – на этот раз изумрудно-зелёной.

Приобняв меня за талию, Фрэнсис направился к выходу во внутренний дворик клуба. На этот раз я не сопротивлялась, но скорее потому, что не было сил. Да и вообще, он был сейчас единственным, кого я знала и кому могла доверять.

На улице успело окончательно стемнеть. Фрэнсис провёл меня к одной из изящных беседок. Поодаль мягко горели фонари, но внутри беседки царил полумрак. Я уселась на скамью, жадно вдыхая прохладный вечерний воздух и приходя в себя.