Сверхъестественное. Никогда. Ведьмино ущелье. Остров костей

Держа одной рукой стакан, второй взяла салфетку, положила на деревянную стойку и осторожно поставила стакан на салфетку. – Как я и сказала, у нас не так много новеньких парней.

– В основном завсегдатаи, да?

Дженнифер кивнула.

– Приятно видеть новое лицо.

– Еще приятнее видеть твое, – глотнув пиво, ответил Дин.

– Пять баксов за пиво.

– Точно, – кивнув, сказал Дин и протянул ей десятку. Она направилась к кассе, дав ему возможность заметить, что джинсы обтягивают ее тело плотнее, чем футболка. И хотя в бедрах она была шире, чем ему нравилось, ей это шло.

Он оставил ей на стойке четыре доллара и сказал:

– Спасибо.

Она склонила голову набок:

– Тебе спасибо. Ведь Гарри ты оставил всего доллар.

– На тебя интереснее смотреть, чем на Гарри.

Дженнифер издала звук, похожий на гудение трубы.

– Чертовски на это надеюсь.

«Скоттсо» наконец закончили играть «Freebird», и Манфред сообщил, что они сделают небольшой перерыв.

– Слава богу, – пробормотал Дин, когда из динамиков зазвучала песня Вана Моррисона «Brown-Eyed Girl».

Бровь Дженнифер взлетела вверх.

– Не нравится?

– М-м… ну, гитарист хорош.

– Да, Альдо знает свое дело.

Он говорил правду: гитарист был тут единственным светлым пятном. Его задачей было воспроизводить риффы Эрика Клэптона, Джимми Пейджа, Грегга Оллмана и Ричи Блэкмора, и справлялся он блестяще. Только его соло и радовало слух. Печально, что он застрял с этими лузерами.

– Ты же вроде сказал, что дружишь с Манфредом, – нахмурилась Дженнифер.

Проклятье.

– Ну да, но… скажем так: раньше он пел лучше.

Снова гудение трубы.

– Манфред поет в этом баре, сколько я себя помню. И никогда не выдавал чего-то стоящего. Это за десять-то лет.

Дин с облегчением рассмеялся.

– Надо думать. Я пытался быть милым.

– И ты не мог слышать его десять лет назад. Сколько тебе было, двенадцать?

– Вообще-то семнадцать, – возразил Дин и добавил самым искренним тоном, на который был способен: – Я не мог быть старше тебя в то время, так какого черта ты делала в барах?

– Очень мило, Дин, но у меня еда в морозилке старше тебя.

– Ни за что. – Дин сделал еще глоток. – Тому, кто сюда приходит, вероятно, нравится эта музыка, а я этого вынести не смогу. Ты-то здесь не по собственному желанию.

На этот раз она засмеялась.