World of Warcraft. Кольцо ненависти

Да, во время войны с Пылающим Легионом люди сражались на стороне орков, но тогда этот союз являлся необходимым. Люди были чудовищами, и Бирок старался держаться от этих варваров подальше.

Поэтому одноглазый орк с большим удивлением обнаружил на своем любимом рыбном месте у взморья Мертвого Глаза шестерых людей.

Для начала, вокруг этого места росла высокая трава. Бирок, конечно, стал видеть намного хуже, когда потерял правый глаз, но все равно мог заметить хоть какие-то признаки того, что кто-то кроме него прошел через траву.

Впрочем, как чужаки здесь оказались, заботило Бирока гораздо меньше, чем то, что они заняли его место. Положив свои рыболовные снасти на землю, орк достал из-за спины моргенштерн. Тралл подарил ему это оружие, когда освободил от рабства, и Бирок всегда брал его с собой.

Окажись на месте людей другие орки, Бирок просто поговорил бы с ними и узнал, что они тут делают, но с людьми, особенно с посторонними, приходилось оставаться начеку. Орк решил подкрасться поближе и выяснить их намерения. В лучшем случае эти глупцы просто зашли слишком далеко на север и не осознали, что нарушили границу. Бирок прожил долгую жизнь и однажды понял, что другие чаще всего поступают дурно по глупости, а не по злому умыслу.

Но в худшем случае эти люди вторглись в Дуротар нарочно, и, если это так, Бирок не мог дать им уйти живыми.

За время рабства Бирок выучил человеческий язык и мог разобрать, что говорили шестеро пришельцев, но слышал далеко не все. До засевшего в высокой траве орка долетали лишь обрывки слов.

Но даже то, что он слышал, его не обнадежило. «Свергнуть», сказали они, а затем «Тралл». Ещё Бирок услышал слово «зеленокожий» – так люди презрительно называли орков.

Потом до него донеслась целая фраза:

– Мы убьем их всех и сами займем весь континент.

Другой человек что-то спросил, и Бирок смог разобрать лишь одно слово: «тролли». Человек, который хотел захватить континент, ответил:

– Их мы тоже перебьем.

Раздвинув траву, Бирок пригляделся к людям. Они показались ему совершенно непримечательными, тем более, что для Бирока все люди были на одно лицо.