Тал Жайлау. Библио-роман

Так, может быть, именно эти слова ищут паломники? Но тогда кто же она сама, турист или все же паломник? Да и как она может быть паломником, если никогда не верила в эзотерику. А порой даже высмеивала духовные устремления людей.

Алма усмехнулась над своими неуклюжими попытками найти точку опору. Чушь, нет никакой энергии. А голова шумит только лишь потому, что она просто устала.

Посмеиваясь над своим воображением, Алма решительно поднялась по ступенькам, и вошла через ворота на территорию комплекса. Гул, который доносился издалека, исходил от огромных белых стел, напоминающих по форме гигантские ковши.

Подойдя поближе, она поняла, что это был даже не гул, а мелодия, которая образовывалась от дуновения ветра. И каждый раз, когда ветер становился сильнее, мелодия играла еще громче, а потом затихала, превращаясь в еле слышимое звучание.

– Мы их называем «Поющие трубы», – раздался над ухом голос. Она вздрогнула от неожиданности и оглянулась. Рядом стоял невысокий пухленький мужчина в очках, одетый в мешковатый, серый костюм.

Он был очень загорелым и от этого его зубы казались белоснежными.

– Поющие трубы? – недоуменно переспросила Алма.

– Да, поющие трубы. Они символизируют четыре стороны света. Вся концепция базируется на взаимогармонии. Не удивляйтесь этому словосочетанию, потому что гармония не бывает односторонней – она взаимная. Видите (поднял он руку на вершину ковша) эти трубы? Так вот они, повернувшись в разные стороны, вбирают свет мира с четырех сторон света.

Эти трубы устанавливают порядок взаимосветения, через который идет распределение тонких смыслов понимания звука.

Заметив удивленный взгляд Алмы, он спохватился, и, вытащив из пиджака визитную карточку, протянул ей с учтивым поклоном головы:

– Покорнейше прошу прощения, я не представился. Меня зовут Галым, я смотритель этого комплекса.

– Вы гид? – взяла в руки карточку, с интересом разглядывая собеседника.– А вот мне как раз нужен гид. И я даже могла бы заплатить.

– Ух ты, как заманчиво! – игриво покачал смотритель головой. – Мне всегда приходится работать бесплатно, мало кто предлагал оплату. Да я и не прошу денег, ведь мне нравится рассказывать. Я не гордый, если дают – беру. Но деньги не важны в моей работе, ведь мне нравится то, что я делаю. Это, можно сказать, работа мечты.

Смотритель галантно взял сумкуу Алмы и повел ее дальше, осторожно ступая по мраморным плиткам, покрывающим весь пол комплекса.