Покорённый дух

И почему я волнуюсь, как маленькая девочка? – промелькнуло в мыслях. На лице появилась всё та же глупая и – стоило заметить – смущенная улыбка. Фина ударила себя по лбу и громко усмехнулась, будто ее настиг приступ паники.

– Мне не пятнадцать лет! Мне очень и очень давно не пятнадцать лет! Почему я так реагирую на того, кого уже давно люблю?! Не считая того, что он это не знает.

***

– Раф с миндальным сиропом! – колокольчик на стойке издал звонкий «дзинь!», привлекая внимание последнего посетителя, который прямо перед закрытием решил заглянуть в кофейню.

– Большое спасибо, мисс, что всё же приняли мой заказ, – парень восточной внешности несколько раз поклонился, держа в ладонях стаканчик. – Извините, что заставил вас это делать.

– Не стоит, это моя работа, – Фина действительно была не зла на него – у нее с самого утра на редкость прекрасное настроение. – Хорошего вечера! – крикнула она вслед парню, который, еще раз поблагодарив, уже открыл дверь и покинул заведение.

Девушка выдохнула с каким-то облегчением, села на высокий барный стул и наклонила голову так, что лоб касался края стойки.

Или не уличным? Фина сама не знала, кто он сейчас, но осмелилась предположить. Во всяком случае, скрипач выглядел прекрасно: коричневый плащ до колен прекрасно сочетался с черными джинсами – они добавляли образу большей дерзости – и белой футболкой. В какой-то момент девушка испугалась что он может заболеть.

Посмотрев на наручные часы, бариста отметила, что время точь-в-точь то же, что и вчера. В душе теплилась, как маленький тлеющий уголёк, надежда, что их важная – по мнению Фины – встреча состоится.

Воздух, прогретый дневным весенним солнцем, медленно остывал, уступая место прохладному ночному. Вдоль улиц зажигались фонари, которые освещали собой для уставших людей путь к дому. Во взгляде почти каждого встречного читалось желание поскорее вернуться в тепло и уют, попробовать вкусный ужин, что приготовила любимая, или же лечь рядом с питомцем, включить фильм и забыться в придуманных событиях.

Порой, Фина сама чувствовала себя персонажем. Картонным, бесчувственным. А жизнь ее была заранее расписана в каком-нибудь блокноте. И всё то, что с ней происходит, – не более чем фантазия кого-то более могущественного, нежели она сама. И, смотря на многие события в жизни, хотелось даже верить, что всё это выдумка.