Покорённый дух

Кажется, возмущение начало постепенно отступать, ибо щеки приобрели привычный им цвет слегка загорелой, еще после лета, кожи, а не порозовевшей, как после ожога. Лукас взъерошил свои волосы, запрокинул голову назад, обращая лицо к чистому-чистому небу, и сделал глубокий вдох.

Вдох.

Выдох.

Взгляд впивался прямо в холодную душу.

– Больше не делай так, хорошо? Не хочу носить тебе лекарства, пока ты будешь болеть и прятаться под одеялом из-за озноба.

Быть строгим не получалось. Уголки губ всё равно медленно полезли вверх, пока глаза миллиметр за миллиметром изучали лицо девушки напротив.

Фридеральд считал Фину достаточно красивой, даже очень красивой. Ее необычная внешность завораживала и приковывала к себе внимание – в хорошем смысле – в общем, делала всё, чтобы показать обладательницу чем-то потрясающим, недосягаемым. Вопросов было множество, в особенности: почему корни волос белые? Почему они серебрятся, приобретая какой-то платиновый цвет?

Укусив щеку изнутри, дабы сдержать своё любопытство, парень взял тонкую бледную ручку и положил так, чтобы она держала его под локоть.

Он хотел сделать это положение их положением, которое останется чем-то только между ними.

– Прошу вас, мисс Донамси, проведите меня к месту, где хранится этот заветный роман, столь прекрасный с ваших слов.

Фина, просто Фина, всегда Фина, – хотелось вновь и вновь сказать в ответ на обращение.

Сердце подозрительно вздрагивало, стоило услышать такую высокую речь, будто Лукас еще не вышел из своего девятнадцатого века.

Эта возвышенность придавала ему больший шарм, харизма достигала своего пика и, кажется, больше ничего и не нужно, чтобы быть любимцем юных леди. Фридеральд никогда не оставался без внимания девушек – это Фина знала с самого-самого начала. Но до сих пор он выбирал каждый день именно ее среди тысяч и тысяч. И даже сейчас сделал то, что делал всегда.

– Не смею медлить, мистер Фридеральд.

Она заметила боковым зрением то, как вытянулось в удивлении лицо Лукаса. Кажется, это его впечатлило больше, чем всё остальное, произошедшее за столь короткий срок.

***

Мелодия скрипки, слегка искаженная динамиком, разливалась по комнате небольшой квартиры и заполняла собой всё пространство. Весь дом уже погрузился в сон, за окном по дороге изредка проезжали машины, разрезая ночную Прагу своими рычащими – а иногда и тихими – звуками.

Телефон лежал перед ней на диване, она же сидела у противоположного края и внимательно слушала.