Тайна портрета герцогини Розы

– Как я могу видеть, Вы его сильно уважаете, – подметил Теодор, одобряя такое отношение к старшим.

– Конечно, он – отличный старший брат, хотя немного неловко от того, что он до сих пор считает меня ребенком. А виной тому является разница в одиннадцать лет, – разочарованно вздохнул парень.

– Да-а, забота старших такая… – в голос протянули брат с сестрой.

Рауль удивлённо посмотрел на них. Ему было доложено, что в семье Ламоньер всего два ребёнка, а первым ребёнком являлась Сара, поэтому предыдущее её высказывание ставило его в тупик.

– Мадемуазель Сара, Вы сейчас описываете свою собственную заботу о младшем брате? – предположил парень.

– Немного не так. С таким младшим и старшего не надо, – раздался лёгкий смешок девушки.

Теодор широко улыбнулся от замечания сестры. Глядя на этот дружный дуэт, Рауль сам невольно рассмеялся.

– Какие у вас прекрасные братско-сестринские отношения, – подметил парень.

– Это так заметно? – уточнил мальчик.

– Невооружённым глазом.

Сара от его высказывания чуть не поперхнулась. Она поняла, что возможно её прошлый заинтересованный взгляд на красивого юношу с хвостиком заметили.

«Как стыдно – то…" – растерялась девушка, прикрывая лицо.

– Не стоит переживать, я ничего"такого"не видел, – усмехнувшись, наигранно произнёс парень, показывая осведомлённость в заинтересованности девицы в его персоне, из-за чего бедняжка и вовсе не знала куда деться.

– Должно быть, Вы ошибаетесь, – в защиту сестры выступил брат.

– Правда? Как жаль, а я же был абсолютно не против, – повесил нос Рауль.

Пока молодые люди продолжали, веселясь, дразниться, родители наблюдали за картиной со стороны. Атмосфера между троицей была крайне дружественной. С одной стороны, они были рады такому исходу первой встречи с младшим братом графа, занимающего, как выяснилось, титул виконта, а с другой, переживали за репутацию детей, напрочь забывших в этот момент о формальностях этикета.

Когда же чай был уже выпит, а дела больше не терпели отлагательств, Раулю пришлось попрощаться с Ламоньерами, из-за чего тот был крайне расстроен.

– Возможно, я был груб сегодня в общении, простите меня.