Буфер

Ну уж лучше терпеть их вонь, чем иметь дело с ненавистным Вовнюком!

Азарий дал толчок своей памяти, и она послушно высветила «маршрут»…

Пустые окна, отвалившаяся штукатурка, блестевшие в свете уличного фонаря стеклянные осколки.

Да, вот он, этот дом!

Но едва Азарий к нему подошёл, как перед ним вдруг выросла чья-то тень.

– Ну что, бомжатина, вот мы с тобой и встретились!

Азарий обернулся. Сзади него, по-блатному засунув руки в карманы и переминая во рту дымящуюся сигарету, стоял тот самый рыжий пацан, у которого он сегодня отобрал старухин кошелёк.

Рыжий был не один. Справа и слева заходили ещё четверо его ровесников.

Азарий был окружён. «Соплячьё» решительно двигалось на него.

Пуститься в бегство от этих молокососов? Как унизительно! Об этом не могло быть даже речи!

Но порой всё решает не число, а умение!

Азарий закатал рукава. Что ж, он примет этот бой!..

…То, что Рыжий не дышит, Азарий понял не сразу. Он продолжал остервенело наносить по нему удары попавшимся под руку кирпичом даже уже после того, как Рыжий безжизненно обмяк.

Азарий почувствовал, что его перестали бить. Метавшиеся по стене заброшенного дома большие чёрные тени рассеялись по сторонам и замерли. Нападавшие отступили.

Азарий поднял голову и выпрямился. На него взирали четыре пары проникнутых страхом глаз.

– Ну? – вскидывая руку с кирпичом, угрожающе прохрипел Азарий. – Кто следующий?

«Солячьё» испуганно попятилось назад.

Азарий, тяжело дыша, осел на землю. Он выглядел измученным и обессиленным. Всё-таки второй поединок за день! Немного отдышавшись, он бросил свой взгляд на Рыжего – тот лежал с раскинутыми по-мертвецки руками и неестественно подвёрнутой под себя ногой.

– Вали отсюда! – грубо толкнул его в плечо Азарий.

Голова Рыжего упала на бок. Рыжий не шевелился. Свет уличного фонаря выхватил из темноты его окровавленное лицо.

– Ну, чего разлёгся? Подъём! – снова толкнул его Азарий.

Но Рыжий по-прежнему не двигался. И тут Азарий, наконец, осмыслил произошедшее. По его спине пробежал неприятный холодок.

Он дотронулся до шеи Рыжего – пульса не ощущалось. Он раздвинул пальцами его сомкнувшиеся веки – ему открылись закатившиеся зрачки.

– Эй, парень, ты чего?

Азарий принялся усердно тормошить своего противника, но Рыжий по-прежнему не подавал никаких признаков жизни.

Пацан, похоже, был мёртв.