Буфер

Но жизненные трудности, порой, оказываются выше человечности, какой бы возвышенной она ни была. И если белый цветок* перестают поливать, то он, как известно, неумолимо усыхает.

(*Белый цветок – символ добра и милосердия; прим. авт.)

Старуха наверняка не одинока, искал себе оправдание Азарий. А он одинок. И для него это шанс на новую жизнь.

У старухи наверняка имеются дети. Ей наверняка есть, кому помочь. А ему, Азарию, помочь совершенно некому, и другого такого шанса ему может и не представится…

К вечеру Азария было уже не узнать.

Первое, что он сделал после того как прикарманил старухин кошелёк – это зашёл на дешёвую вьетнамскую барахолку. Купил себе простые, но вполне приличные джинсы, клетчатую рубашку, спортивную куртку. За барахолкой последовала помывка в бане, сытный обед в столовой, затем парикмахерская. И вот он уже совершенно другой человек! Он словно вернулся в свою прежнюю жизнь!

И первое, с чего он решил начать своё столь долгожданное в неё возвращение – это встретиться со своей бывшей женой и сыном.

5

Встречаться с любимым человеком, для которого ты уже «бывший» – это всегда тяжело. А если ты по-прежнему его любишь, даже если он тебя когда-то и предал – то тяжело особенно.

Долго искать Лизу Азарию не пришлось. Вернее, ему вообще не пришлось её искать. Он сразу же её увидел, как только подошёл к давно манившей его жилой высотке по улице Победы.

У Азария бешено забилось сердце: Лиза сидела на лавочке во дворе.

Завидев приближающегося Азария, Лиза вздрогнула, как будто её ударило током, перехватила проезжавшего мимо Данилку, отбросила в сторону велосипед и крепко прижала сына к себе. В её глазах светился нешуточный испуг. Она стала нервно озираться по сторонам, как будто призывая кого-нибудь на помощь.

– Ну, здравствуй! – сухо вымолвил остановившийся перед ней Азарий.

Азарий перевёл глаза на Данилку и попытался приветливо улыбнуться. Но улыбка у него получилась какой-то неискренней, вымученной. Ребёнок, которому передалась тревога матери, оставался недружелюбен и хмур.

– Ты зачем сюда пришёл? – выдавила из себя Лиза. – Тебя здесь никто не ждёт, и тебя сюда никто не звал.

– Я пришёл, чтобы увидеть своего сына, – сжав зубы, процедил Азарий.