Во власти безумия

 – Сплюнул он себе под ноги. – Ни-че-го. – Произнес он нарочито раздельно.

– Не гундось, Петр! Егор даже не пробовал, а ты уже напридумывал тут. – В сдвинутой кепи набок и нервно теребящий в зубах мятую папироску, прокомментировал похожий на моряка третий выпивоха. Он небрежно опирался одной рукой на распахнутую морду видавшей виды сине-белой «Газели», одновременно скрестив ноги. Он был бы больше похож на жигало, если бы не желтая в пятнах, выступающая тельняшка из-под каракулевой короткой серой куртки.

– Ыыы. – Щербато ухмыляясь и показывая, до черноты просмоленные никотином дешевых сигарет, зубы, среагировал на их спор владелец автомобильного чуда, родом из девяностых. – Успокойтесь, горячие финские парни, я сейчас вам покажу силу этого пепелаца!

Толстяк филигранно обогнул поникший серо-черный, видимо бывший некогда сине-белым, нос грузовичка, и буквально вспорхнул в кабину, ухватившись пухлой рукой за тонкий обод руля. «Газель» жалобно скрипнула рессорами, умоляюще блеснула в солнечном блике фарой, будто прося прекратить это мучение.

– Ща усё будет! – Спародировал толстяк, но его таланта хватило только потешить свое «эго». Крутанул ключ. «Газель» лихорадочно затрясло, двигатель болезненно закашлялся, натужно выталкивая из себя черные облачка дыма, а потом, окончательно поперхнувшись и осипнув от усилий, затих.

– Да, епть! Надо было на литру спорить! – Досадливо сморщился тощий. – Я вот знал, что так будет, а повелся на твои россказни! – Обратился он к толстому.

– Не понимаю… – Искренне удивлялся Егор. – Вчера она же завелась. Я только вчера её заводил! На завтра планировал в область мотанутся! Я и на базу позвонил, всех предупредил, что в рейс пойду.

– Это не пепелац, это Голландец! Правда не летучий.

– Это ещё почему Голландец? – Удивился толстяк.

– Да потому, что о нем ходят легенды, но на ходу его никто не видел! – Теперь все трое заржали над удачной шуткой.

Олег прошел мимо них, понимая, что подобную картину он мог наблюдать в любом уголке необъятной родины и ровно в том же составе, разве находя отличия лишь в небольших участках наполнения.

Глава 2.