Империя машин

Наступила ночь и со стороны воды подул холодный ветер, заставив тело содрогнуться в непроизвольных судорогах.

Он шел вдоль склона, пока не очутился у подобия пещеры. Сел спиной к выходу, накрыл спину мешком, зажег свечу, подержал в руках, согревая промерзшие ладони. Достал керосиновую лампу – единственное, что могло помочь согреться сильнее.

Тени от домов лежали как влитые, и не шелохнулись при появлении света. Его это сильно впечатлило. Когда он жил в убежище, то там они убегали от любого яркого источника. На поверхности же властвовал мрак, не поддающийся ужимкам.

Он не спал всю ночь, а на утро, покачиваясь на окоченевших ногах, заставил себя подняться и начал делать зарядку.

Он опасался простуды.

Заболей сейчас, он так и останется здесь, неизвестно где… Сознание подбросило – «неизвестно кем».

На карте его место нахождения обозначено водой.

Вернувшись назад, он взял остатки веревки, до которых смог дотянуться, и пошел дальше.

Пол дня ходьбы, и он увидел выступы.

Это торчали обломки заводских труб, напрямую сливавшие отходы в океан.

Из некоторых капала синяя жидкость, но в основном воняло пробивающимся сквозь фильтры противным, застоявшимся воздухом.

Он медленно поставил ногу на самую нижнюю трубу, аккуратно подтянулся, не торопясь перекинул вторую ногу.

В таком неторопливом темпе он поднимался наверх.

Если он пораниться, то начнется заражение, а таблетки тратить крайне глупо. Причем многие из них были просрочены…

Последний подъем.

Он подтянулся на дрожащих от напряжения руках, вылез головой и огляделся – слои асфальта разрезались грунтом.

Забросив тело, он стянул маску, чтобы отдышаться.

Никто не проходил по застывшему городу и его опустелым улицам.

Ни мародеры, ни разведчики, ни тем более шпионы.

Да и не кому было тут проходить. Слои пыли, перегнивающих водорослей и асфальтовой крошки хранили единичные бессвязные следы.

Всюду лежали мумифицированные трупы, у оснований домов в пробках застряли множество паровых машин, в стеклах которых навечно глядели в небо застывшие чужие и одновременно столь знакомые глаза.

Как их не растаскало воронье?

Он со страхом и с любопытством разглядывал каждого, сглатывая от мерзостного запаха.

Смерть уже не воротила его.

«Я повидал достаточно в убежище» – так он считал, но все равно торопился преодолеть участок за участком.

Кое—где паровые машины врезались в раскуроченные локомотивы – это водители старательно искали обход застрявших поездов.