Империя машин

Выдернутые шпалы были уложены подле разграбленной лавки, а вагонетками неизвестные заставили весь проезд.

– Мы приехали – сказал Лени, забравшись на вагонетку. Впереди погрузочные доки и пристань.

Говерман осмотрелся. Снежную рябь сдерживал прозрачный купол, охватывающий город. Вентиляторы на куполе, в которых легко бы пролетел не один дирижабль еле проворачивались. Казалось, лишь ветер заставлял их работать.

Раскрытые входные двери, окна с гудящими фильтрами в форточках, множественные следы на снегу. И как он угодил под купол?

Город покидали в спешке.

– Поломка – завозился с Вагоном Лон.

– Сколько займет ремонт?

– Подгоню болты да подожду поезда.

– У нас полно забот и без него – сказал Лени, отводя Говермана.

Говерман сказал бы, что Лон обеспокоен, но водитель не отличался поведением от любого другого видимого им водителя. И полноватый живот, упрятанный за пиджаком, и борода, и стрижка, и форма усов под копирку, и…

– Он с Империи – пояснил Лени, когда Говерман чересчур уж пристально загляделся на его физиономию.

Услышав, что говорят о нем, Лон схаркнул. По изменениям на его лице Говерман определил, что он вовсе не переваривает этого слова. Сбоку Вагона были приделаны упоры, чтобы вручную открывать дверь.

– На чем оно едет?

– Электрический ток, мой экземпляр.

Лени достал из внутреннего кармана плаща диск и приложил его к стыку створок.

Устройство пиликнуло и с завидной силой раздвинуло сталь, переломав блокирующий механизм.

– Держи сумки с консервами. И не роняй их, без еды пропадем. Первые дни в убежище та еще суматоха, а есть то хочется.

Говерман принял груз и ждал, когда Лени возьмет его кейсы.

– Поторопись, опоздаем на посадку – и в бездну все предприятие.

– Но там мои работы!

– Пешком девять миль. Ты или я дотащим их? Тебе важнее наброски проектов, чем жизнь?

Говерман хотел сказать, что эти «наброски» и были его жизнью, но Лени захлопнул створки и навесил замок, пока он собирался высказаться.

– Держи крепче, некогда задерживаться. Волна близко.

– Мы оставим Лона? – удивился Говерман.

– У него все равно нет пропуска.

Говерман беспомощно обернулся на водителя. Тот, как ни в чем не бывало закуривал сигару. «Неужели он смирился?!» – думал ученый, но мысли оставались мыслями и ему не пришло на ум, что его друг взял бы Лона с собой, если захотел.

А Лени, как чужой, с сумками наперевес зашагал по направлению к пристани.