Империя машин

Сливали отходы в реки и озера, пока не загубили все окрестности. И тогда им стало любопытно – а что же там – дальше?

Во времена, когда труд во имя общественного благополучия не требовал надзирателей, когда совместные старания направлялись на прозрачные, выполнимые в пределах жизни отдельного человека, и не растянутые на века цели… не существовало Севергарда – этого муравейника по переработке человеческих судеб, вычистившего города, – пустынник, причмокивая, осушил флягу с выпивкой, – не существовало механизма, приводящего к вырождению людей, не существовало холода, способного одолеть тепло.

Червивая страна… Как его называли в свободных землях, еще не родился.

Но сырые земли и невесть откуда объявившийся чужак, обвешенный талисманами, внушительной речью и прочей мишурой, привели ученых к выводу – «на одной механике далеко не уйдем». Надо же, великие умы пленил обыкновенный проходимец! Или нет? Заря Севергарда – время импульсивных людей. Некто по имени… то ли Странник, то ли Путник вложил им мысль, что для выживания человечеству необходима система контроля погоды.

Как он это сделал, почему – история умалчивает. Я знаю одно, псина: этот тип умел убеждать. Некоторые идеи взрастут сами, если посадить их в правильную почву… И они развились до соответствующей духу того времени фразы: «суровый мир достался нам, создадим же ее. Кто не примерял на себя роль бога? А изменить циклы природы – чем не свернуть и перекроить тайный план творца? Самому занять его место. Но как всегда нашлись отступники… Много отступников. Кто-то согласился с этой идеей, но большинство населения было довольно достигнутым.

Люди и так заселили практически всю поверхность, зачем суетится?

Тогда горстка недовольных обратилась к Путнику, но он растаял во мраке прежде, чем кто-либо обнаружил его отсутствие.

Когда эти бунтари, люди завтрашнего дня с факелами наперевес подходили к его ночлегу, то они обнаружили как вещи странника развеялись по ветру, не оставляя и пылинки. Они воззвали исчезающие тени, и их молитвы были услышаны…

Испепеленные удобрениями поля кровоточили скверной, а род людской рос и рос.

Высушивались пресные озера, угоняемые облаками к океану, и множились пустыни, а неприспособленные города вымирали в пустыри.

Мир призывал людей к смирению, умеренности наконец! А они демонстрировали ему средний палец, продолжая грызть земное чрево.

Ввергнувшись в авантюру, в гонку с природой, цивилизация выстроила ответ на ее призыв. Но об этом позже.