Пешки богов. Демон и легион смерти

О боги, учитывая фантазию демонёнка, я даже побоялся представить, что он сделал с молодыми аристократами, вплоть до того, что мог заставить тех совокупляться друг с другом, или кастрировал всех троих, но вслух не стал озвучивать свои опасения.

– Может, я со своим десятком справлюсь с этой задачей? – набравшись смелости, предложила Гарпия.

– Ты в моё отсутствие уже натворила дел! – рявкнул я, – С тобой будет отдельный разговор! Выполняй приказ! И передай Мизинцу: если он в точности не выполнит мои указания, то этот парень весь десяток сократит до нуля.

Когда Гарпия вышла, Мелотон спросил: – И как ты планируешь его наказать?

– А никак! Ваше Величество… – при упоминании об Илвусе машинально потирая место на плече, где была дырка от стрелы, официально обратился я к императору при эльфе: – …как можно наказать сына бога удачи, от которого зависит наше будущее? Победу можно купить за деньги, а вот удачу – никогда! – процитировал я избитую фразу и добавил для собственной уверенности: – Попробую выдворить его из столицы вместе со всей его безумной компанией хотя бы на время, пока они не грохнули ещё кого-нибудь.

Вот, кстати, о чём мы только что и говорили: он наказывает тех, кто нарушает его моральный кодекс. Благородный демон, чтоб его…

В этот момент ещё никто не знал, что совсем скоро мы будем молиться, чтобы этот парень вернулся в столицу, существование которой уже зависит от него и его друзей.

Глава 3.

Мальчики мажоры

ТАВРОН ДЭ МАРАН.

Я разлепил глаза и увидел перед собой злое лицо Мариэн, видимо, она уже продолжительное время пыталась меня разбудить, а как только я открыл рот, чтобы издать мычащий звук, эльфийка поморщилась и, помахав ладонью, рассеивая перед своим носом запах перегара, вложила мне в руку графин. В горле была такая засуха, что, даже не понюхав содержимое, я моментально присосался к горлышку. Это был ягодный компот, который сейчас показался мне самым вкусным, что я пробовал за всю жизнь, но ровно половина выпитого, кажется, впиталась в язык, даже не попав в горло.

Никогда не любил эту гномью бурду, но вчера так впечатлился свалившимися событиями, что пил это пойло, не замечая вкуса. Если у моей печени были бы руки, они бы меня задушили.

– Очнулся?! – сердито то ли спросила, то ли констатировала Мариэн, – Тебя теперь можно называть не тёмным, а синим магом.