Пешки богов. Демон и легион смерти

Это условие я придумал только что, мне было интересно – на что они готовы ради получения ещё одного мира, увеличивая тем самым свой авторитет и силу, которая напрямую зависела от количества верующих и искренности их молитв. Если боги не захотят выполнять это условие, то, естественно, настаивать я не собирался, но такой уникальной возможности, как поглумиться над Бессмертными, больше не будет, и я не мог упустить шанс: – Ну, вот представьте… Илвус – бог мужской силы и красоты! Ну, или Илвус – бог, приносящий радость! Ну, или, например…

– Не путай божий дар с яичницей! – перебил меня Аригат, – От скромности ты точно не загнёшься.

– Скромность – это моя отличительная черта! Ну, сразу после гениальности и красоты, конечно, – ответил я, и вжал голову, опасаясь, что в неё может прилететь что-нибудь очень неприятное. Но вопреки моим прогнозам, Дианеллис вдруг ляпнула: – Я согласна со всеми твоими условиями!

Теперь я выпучил глаза и засомневался в умственных способностях богини охоты, но она тут же привела аргументы, только не в мой адрес, а для Аригата: – Я уже потеряла одного ребёнка! Илвус не просто так поднял эту тему, это само мироздание его подтолкнуло к этой мысли, и если мы не согласимся, то, возможно, я никогда не стану матерью.

Я опешил от такого заявления, и сейчас стало очень стыдно за то, что моя шутка задела богиню за наболевшее. Про трагическую историю деторождения я не знал. Аригат же не стал вступать в спор и с глупым выражением лица кивнул. Я его понимал: если женщина хочет стать матерью, то преград для неё не существует, и она везде будет искать знаки, способствующие зачатию.

Потом я достал из-под подушки диск портала и вручил его Аригату, на что тот хмыкнул, но оставил без комментариев и рассказал мне про их кровавую стычку с архангелами, видимо, для того, чтобы сменить неудобную тему и отвлечь Дианеллис от тяжких дум.

Когда Бессмертные удалились, я, спускаясь вниз, решил сегодня напиться до беспамятства. Слишком много на меня навалилось, я даже не успевал переключать мозги, чтобы решать проблемы, которые выстроились в очередь, и толкали друг друга, пытаясь пролезть вперёд. Я чувствовал эмоциональное выгорание и апатию.