Смерть Ленро Авельца

В его представлении Аравийский альянс был кораблём, на котором мы шли сквозь шторм. За него нужно держаться, за землю, окопаться в реальном секторе, сидеть на финансовых потоках теократий и защищать стабильное будущее. <…> Он тормозил развитие компании, он считал, что новый кризис очень скоро покончит с Организацией, и не хотел, как он выражался, «садиться на „Титаник“».

А Саид мыслил эпохами. Да, это всё Аббертон, наш родной дом, где требовали такого «глобального мышления», требовали «проектов». Саид хотел возвести новые города в песках Аравии, примирить евреев и арабов, в Сахаре построить космодромы… Он хотел проникнуть в Китай – свергнуть господство «Сан Энерджи», забрать себе проект «Лазарь» и восстановить экосистему <…>.

Увеличить оборот компании на десять процентов – не цель в его понимании. Какой смысл, имея пятьдесят миллиардов, стать богаче на пять? Восстановить Китай, спасти миллиард человек – вот задача для семьи Савирис!..

05. Саид вышел на Ленро Авельца в спокойное время, ещё до Шанхая.

Он тогда руководил комитетом по религиям в Генассамблее. Говорили, он близок к шефу ОКО, генералу Уэллсу. Считалось, Авельц лоялен к нему, а не к генсеку Мирхоффу. Ходили слухи – правда, неподтверждённые, – что отношения Авельца и Уэллса выходят за рамки рабочих, что они близкие друзья и что Авельц женится на дочери Уэллса. Предполагали, что если выборы генсека выиграет преемник Мирхоффа, то в новой администрации Авельца ждёт высокий кабинет.

Отчасти Саид решил завязать с ним отношения по этой причине.

Во-первых, нам было доподлинно известно, что «Сан Энерджи» в своё время пыталась подкупить Авельца и потерпела неудачу. То ли Авельц запросил слишком много, то ли «Сан Энерджи» наступила ему на мозоль. (Ленро унаследовал состояние, по самым скромным подсчётам оцениваемое в четыре миллиарда долларов. Не «маленькое предложение», а это сделало его неподкупным. У них с «Сан Энерджи» не было «разногласий», он их просто послал.)

«Сан Энерджи» в числе лоббистов имела и генсека Мирхоффа, и его первого зама Керро Торре, и спикера Генассамблеи, и добрую половину администрации.

Ну, а во-вторых, он… был нашим. Это трудно объяснить тем, кто не учился в Аббертоне, но воспитание там добавляет ген. Может, это из-за того, что мы происходим из одной социальной прослойки, живём в одном мире, в «мире поверх границ».