Крепость в облаках

Их моментально изымают из семей и направляют в гильдию магов. А затем на государственную службу. Долг мага – служить императору. Маги служат империи двадцать лет. Служат в армии, в больницах, в научном совете. После службы маг имеет право уволиться, и заниматься своим делом. Среди магов полно простолюдинов, но это в целом не является проблемой для них. Магам, прошедших обучение в магической академии, под эгидой гильдии магов или же, в особенных случаях, лично у отдельных магов, после сдачи специального экзамена опять же, в гильдии, присваивается статус мастера.

Статус мастера примерно соответствует дворянскому баронету, только маг не имеет права владеть землей. Стоит отметить, разве, что тех же баронетов в империи огромное количество, когда-то давно сам титул имел хоть что-то под собой, а ныне – просто награда особо отличившихся рыцарей. Чуть повыше просто рыцаря, но рыцарей заметно меньше. Купить то такой титул дешевле, чем баронский. То есть, по сути, наиболее просто было бы получить рыцаря, на службе, а потом, перед уходом баронета.

Хотя, честно скажу – есть самый простой способ обойти ограничение на право владеть землей. Он заключается в том, что маг, бывший простолюдин в статусе мастера, не имеет права владеть землей, а вот о маге, который сам по себе благородного происхождения, то есть до попадания в гильдию имевший дворянство, вполне может иметь землю в собственности. Причем имеет он ее не как маг-мастер, а как граф или барон, или кто он там был.

То есть, самый простой способ получить дворянство в империи – стать магом. Отучился, получил титул мастера и можешь казнить простолюдинов за оскорбление.

Нелл! – А вот и моя очередь. Я поднялся с лавки и пошел на второй этаж.

По убранству второй этаж заметно отличался от первого, он уже куда больше напоминал рабочий кабинет мага. Возле стены расположился большой черный шкаф со странным узором, думаю какие-то защитные руны. У окна стоял массивный стол и два кресла.

– Так, проходи, ложись – властно велел граф – давай, живее.

Я лег на койку, граф отточенным движением стал пристегивать меня к ней. Широкие кожаные ремни сразу же впились в руки и ноги. Затем он небольшим тонким ремнем перевязал мне лоб, закрепив, таким образом, мою голову строго по центру койки. А затем, разорвав мою рубаху, отошел к окну.