Первач

Да и опаленные рукава ничем иным не объяснишь. Впрочем, лучше на этот счет пока никаких теорий не строить.

Амина коснулась его руки. Своим пониманием его встревоженности она заставила Тихона приглядеться у ней повнимательнее. Девчонка казалась рано повзрослевшей. Чтобы сочувствовать именно с таким выражением, какое он прочел в ее глазах, нужно испытывать нечто большее, чем просто благодарность. Это уже, брат, чуткость! Разве такое возможно? Никто не может быть участлив к чужаку-незнакомцу.

Тихон отдернул руку.

– Давай искать!

Он сощурился и осмотрел склон снизу вверх, выделяя среди камней след своего падения. Увидел вещмешок. Но очков нигде не было.

С той стороны, куда убежали дети и куда отправился дерзкий Нусуп, донеслись голоса взрослых. Амина вздрогнула, и нога ее подвернулась на камнях. Тихон успел подхватить девчонку, и как-то получилось, что она оказалась у него на руках. Такая легкая. Как пушинка!

– Эй! – раздался чей-то окрик. – А ну оставь ее!

– Не слышишь? Тебе говорят! – вдогонку долетел другой голос.

Злотников отпустил девочку, но сразу не стал оборачиваться, чтобы не пропустить то место, где могли бы оказаться очки. Он шаркнул ногой по камням, очертив границу поиска, и только тогда повернулся к незнакомцам. Одного мужчину с желтушным лицом заметил наверху, как раз на том месте, откуда упал.

– Стой, где стоишь! – гневно крикнул он, приведя незнакомца в замешательство. – Смотри по сторонам! У меня очки здесь пропали! Надеюсь, хоть знаете, как они могут выглядеть! Если что – хотя бы два стекла ищем!

Твердость его голоса заставила опешить и остальных.

– Албаста хотела украсть Сармата! – сказала девчонка, показывая на Тихона. – Он спас нас!

– Мы слышали, как дети кричали о чудовище! – проголосил тип сверху.

– Он прогнал ее! Он спас Сармата! – крикнула девчонка, словно пыталась защитить Злотникова от возможной расправы.

– Зачем ты врешь?! Никому еще не удавалось спугнуть демона! – произнесший эти слова человек был значительно выше Тихона, коренастый и кругломордый, с густой всклокоченной шевелюрой – такому и шапки зимой не надо. Похоже, он был здесь главный, так как после его слов к остальным вернулась мрачная уверенность, и они снова двинулись к Злотникову.