Ученик

 – Я пришел спросить с твоего поганого щенка, за что он покалечил моего сына?

Не знаю, как бы повёл себя в сложившейся ситуации настоящий Фархат, но в моём мире за подобные оскорбления в адрес твоей матери брали лишь одну плату – кровь оскорбившего. А учитывая, что однорукий пришёл причинить вред лично мне, я, ухватив мать за руку, тихо произнёс:

– Мама, это мужской разговор.

И шагнул вперёд, навстречу однорукому толстяку. В правой ладони уже лежал шип, доставшийся мне от шипохвоста, и я знал, как его применить.

Глава 3

Договор

– Сынок, он убьёт тебя! – раздалось за спиной. И столько в этих словах было страха за мою жизнь, что я понял – однорукого нельзя оставлять в живых.

– Хо-хо! Щенок решил показать зубы? – расхохотался толстяк и потянулся левой рукой к поясу, на котором висели ножны. Нет, не с мечом, всего лишь с небольшим ножом. Лезвие не больше ладони взрослого мужчины, правда, очень широкое. Ну, чего ты медлишь, доставай своё оружие, дай мне весомый повод!

– Зря мой отец отрубил тебе только руку.

– Убью! – взревел Хамиз, рывком извлекая из ножен клинок. Я тут же увидел, что лезвие ножа покрыто кровавыми разводами. Что это значит, я не успел обдумать, потому как на меня набросились с криком: – Щенок! Я порежу тебя на куски!

Уже позже, анализируя свой поступок, я понял, что моими действиями в это утро руководила стихия хаоса. Сейчас же я видел перед собой врага, жаждущего моей смерти, и знал, как оборвать жизнь этому однорукому толстяку.

От широкого, неуклюжего замаха однорукого ушёл легко – чуть отклонил корпус назад, и лезвие ножа вспороло лишь воздух. Не мешкая, тут же сократил дистанцию, почти вплотную приблизившись к жирдяю, и нанёс короткий удар в одно из самых уязвимых мест на теле. Нормальный человек легко бы уклонился от моего выпада или заблокировал его рукой, да просто оттолкнул бы меня ногой, но только не толстяк. Он явно перебрал накануне какого-то пойла и крайне плохо владел своим телом.

– Ах-р! – коротко вскрикнул Хамиз и, выронив нож, потянулся рукой к уху. Я в этот момент уже был за спиной противника. Резким движением, заламывая шип, вырвал его из раны, стараясь нанести как можно больше повреждений. Ожидал громкого крика боли, но толстяк лишь всхлипнул и внезапно рухнул на колени, тоненько заскулив.