Вечная империя. Вторая часть

– Гуртунг, – хрипло прорычал Бельгемар, обращаясь к главному. – Неужели ты поднимешь руку на своего старого боевого товарища? Не мы ли бились с тобой плечом к плечу, защищая горный проход от армий Священной страны? Не мы ли были свидетелями того, как Балагор отсиживался за нашими спинами, пока мы обороняли его крепость? И, наконец, не я ли неоднократно вытаскивал тебя полумертвого с поля боя?

– Да, Бельегмар, – глаза Гуртунга блеснули. – Но теперь ты бросил вызов своему файниру. Тому самому, которого клялся защищать.

– Я и защищал его! Я не предал старого дурака даже тогда, когда он поднялся против Некрозамка! Я верно служил ему, пока он не обвинил моего сына в предательстве! По наущению своей лицемерной суки, старый ублюдок замуровал Антея заживо в стену! Гестилья настоящая змея в очаровательном облике. А потом Балагор жестоко расправился со всеми моими родичами. Часть убил, а других кинул в ледяную темницу, чтобы продлить мучения.

Слушая Бельгемара, многие великаны заволновались.

– И все же ты его предал…

Бельгемар устало смахнул пот со лба. Он отлично знал эту характерную интонацию в голосе своего бывшего боевого соратника. Лишенная всяких эмоций, почти безжизненная. За ней всегда следовала атака…

Гуртунг внезапно прыгнул на Бельгемара, увлекая за собой остальных и в этот момент тяжелое копье, похожее на то, что совсем недавно чуть не прикончило Дейотара, с силой вонзилось Гуртунгу в спину.

– Скаллимир, старый одноглазый греховодник! – Бельгемар широко ухмыльнулся. – А я все жду, когда ты разделаешься с этим дурнем.

Здоровенный лысый великан с повязкой на хитрющем лице и огромной черной бородищей, окинул растерявшихся соратников внимательным взглядом:

– Надеюсь, я выразил позицию большинства?

Ответом ему был гул, в котором явственно преобладали одобрительные нотки.

– Что это значит? – опешил Бельгемар, а Дейотар, переглянувшись с Эйлин, облегченно рассмеялся.

– Доставай свой меч, болван, – скривился Скаллимир и тоже коснулся коленом пола. – Теперь ты наш файнир! Гуртунг, конечно, был тем еще упрямцем, но он оставался нашим командиром. Убив его, мы выступили против Балагора. Так что пути назад у нас нет.