Маковые поля

Я знаком с Фрэнком Костелло из Пенсильвании, его влияние так велико, что упоминание его фамилии как знакомца даже в Висконсине и Кентукки поднимает уважение к вам. То же самое могу сказать и про Джеймса Хикока из Канзаса. Очень уважаемый человек. Но я не думаю, что все эти имена вам хоть о чем-то говорят. Техас есть Техас, и здесь нужно знать местных героев чтобы люди с тобой считались, а я, увы, могу только похвастаться заочным знакомством с губернатором Элайшей Пизом.

– Уильям Дэвис. – поспешил представиться он, вставив свои слова в середину фразы недоговорившего о валлийском Декера.

Уильям внимательно слушал Гарретта Декера. Сейчас ему он казался лишь заносчивым и высокомерным выскочкой, который спешит потешить всякого встречного рассказами о своих похождениях и весьма высокопоставленных знакомствах.

– Вы правы, мистер Декер. Имена эти мне мало о чем говорят, да и будь это наоборот, я бы все равно на вряд ли стал уважать вас больше, услышав их в диалоге. Техас не то место, где людей судят по связям, надо сказать.

 – на секунду Уильям сунул мундштук своей трубки в рот и сделал глубокую затяжку, вскоре выпустив клубок дыма из-за своих губ, – Впрочем, знаете, если я когда-нибудь окажусь в вашем этом Бостоне или Пенсильвании, то обязательно упомяну о некоем господине Костелло как о своем давнем знакомце. К слову, кто он? Макаронник? Или, быть может, португалец какой?..

Как и следовало ожидать – так называемая «проверка боем» не принесла результатов.

Ни одно из названных имен не произвело никакого эффекта, а значит в случае проблем можно было рассчитывать только на охрану, свой язык, да денежные запасы.

– Макаронник, – кивнул Гарретт, – К слову до определенного момента был им во всех смыслах. Но когда была война резко повысил свое влияние, и после ее окончания только наращивал обороты, – Гарретт сделал небольшую паузу для очередной затяжки, – Уж не знаю, чем он там занимался в Филадельфии, мне в те годы было не до этого – Бостон был полон всякими переселенцами, которым в большинстве своем чтобы не голодать приходилось хватать что плохо лежит или угрожать в переулке.

Господи, не дай нашим детям пережить это…

Воспоминания нахлынули на него и к горлу подступил ком. Не только на передовой творились страшные картины. В тылах было не многим лучше. Мальчишку из Флориды толпа разъяренных чернокожих превратила в неузнаваемый фарш только потому что он с юга.