Многоликий странник

– Локлан, ступай, позови Ризи, – продолжал Ракли, словно обретая в необходимости отдавать приказы свежие силы. – Я объясню ему свой замысел. Ты, Фокдан, полагаю, будешь только рад найти прах отца и отомстить за него.

Фокдан наклонил голову. Насколько же выигрывает человек дела, подумалось Хейзиту, в сравнении с человеком чина! Сразу видно, что выслуживаться перед начальством ему претит, да и привык он к тому, что Ракли далеко, а враг постоянно рядом. Хорошо бы он преподал при случае урок этому выскочке Норлану.

Локлан, замешкавшийся было на пороге, перехватил взгляд отца и торопливо вышел. Хейзиту показалось, что он даже рад возможности покинуть эту жаркую комнату. Сам Хейзит с удовольствием последовал бы за ним, если бы рассмотрение его вопроса ни было отложено на неопределенное время. Вот так всегда: сперва дела военные, потом – все остальное. Хейзит никак не мог решить для себя, стоит ли посвящать собравшихся – и в первую очередь Ракли – в идею с обжиганием глины.

С одной стороны, она представлялась ему наиболее практичным решением, однако, с другой, Ракли вел себя так, что делиться с ним сокровенным, особенно сейчас, было сродни кощунству.

Не успел Хейзит собраться с мыслями и снова поймать нить разговора, завязавшегося между Ракли и Фокданом, как Локлан вернулся. Стало понятно, что он не собирался выполнять поручение отца буквально, а послал за Ризи своего слугу. Значит, ему все же важнее уличной прохлады – знать, о чем идет речь.

– Ваш незнакомец в шляпе не слишком мне нравится, – рассуждал вслух Ракли. – Я почти уверен, что это кто-то из шеважа, но в некоторых вещах я предпочел бы избегать «почти». Меня смущает его конь, хотя коня этот человек мог просто украсть. Что скажешь, Фокдан?

– Шеважа не ходят в одиночку. И уж тем более не сидят в седле так уверенно, как делал этот парень. Он не из наших мест.

Ракли поморщился.

До чего же наши правители не любят допускать даже мысли о том, что не они одни живут на этом свете, улыбнулся про себя Хейзит.

Уж не боятся ли они, что кто-нибудь из пришлых отнимет у них власть? До сих пор чужаков среди вабонов было не больше одного на целое поколение, да и те становились героями изустных преданий настолько быстро, что про реальность их происхождения забывали.

Последним из их череды был силач Мали, человек с черной кожей, поселившийся среди вабонов, когда дед Хейзита еще не родился.