Многоликий странник

Блик был оранжевым и трепетал, как если бы внутри колодца кто-то невидимый додумался развести костер. Что за чудеса, мелькнуло в голове, неужели опять пожар? Только на сей раз, похоже, пожар подводный…

Ничего подобного ему видеть не приходилось. Заглядывая в любой колодец днем, ты видишь собственное маленькое, неразборчивое из-за ряби отражение на фоне белого квадрата неба. Ночью, если повезет – звезды. Но чтобы в колодце горел огонь – нет, такого еще не было.

Присмотревшись, Хейзит сообразил, что оранжевый отсвет падает скорее не на воду, а на стенку колодца глубоко внизу.

Свесившись над краем колодца так, чтобы только не свалиться следом за воображаемым факелом, он, сам не зная зачем, крикнул:

– Есть там кто-нибудь?

Разумеется, ему никто не ответил, но оранжевые блики подозрительно заметались, словно не могли решить, погаснуть или вспыхнуть с новой силой.

Из окружающих домов его едва ли могли услышать, так как он кричал прямо вглубь колодца, перевалившись в него всем телом и рискуя потерять равновесие и загреметь в воду.

– Эй, кто там прячется? – повторил Хейзит, удивляясь собственной наивности.

Ему, однако, пришлось удивиться еще сильнее, когда через мгновение вместо эха из глубины колодца донеслось:

– Сначала назови себя.

Голос звучал приглушенно. Между тем Хейзит отчетливо слышал каждое слово. Более того, ему показалось, что он узнает говорящего, хотя в правильность догадки было трудно поверить.

– Фейли?! – Собственный шепот чуть ни оглушил его.

– Хейзит?..

Оранжевый свет запрыгал по стенкам колодца, как будто факелом яростно размахивали, потом послышалось неразборчивое бормотание, и снова наступила тишина.

Не решаясь ее нарушить, Хейзит ждал, судорожно соображая, что же делать. Если он не сошел с ума окончательно, в колодце каким-то непостижимым образом очутились и почему-то не спешили взывать о помощи его погибшие в пламени недавнего пожара друзья.

– Вы живы? – Глупее вопрос трудно было придумать, однако он задал его, надеясь тем самым поддержать столь внезапно начавшийся разговор с невидимым собеседником.

– Ты там один? – после паузы донеслось снизу.

– Один. – Разумеется, они боятся обнаружить себя еще больше, чем он – свою причастность к ним.