Многоликий странник

В спешке он расплескал половину, а потом долго не мог пробиться к столбу огня из-за обступившей его плотной толпы, пока ни сообразил, что ведро нужно просто передать по цепочке дальше.

Снова схватил ведро.

Снова передал.

Обратно вернулось пустое ведро.

– Быстрее! – кричали впереди.

– Не лейте в огонь! Лейте на дома! – кричали сзади.

Приток полных ведер иссяк.

Гомон толпы заглушался треском пламени.

Хейзиту захотелось зажмуриться и закрыть уши, настолько явственно он вспомнил свои ощущения тогда, в лесу, у подножья охваченной пламенем башни, которая грозила вот-вот обрушиться ему на голову.

Единственная разница заключалась в том, что на заставе постройки стояли достаточно далеко друг от друга, а здесь даже при слабом ветре огонь грозил в любой момент перекинуться на соседнюю крышу. И пусть сейчас завывания огненной стихии и крики людей не перекрывало пение разящих насмерть стрел, Хейзита с новой силой охватило желание развернуться и без оглядки кинуться прочь.

Остановило его только то, что он, несмотря на скопление народа, узнал это место: погребальный костер пылал над останками дома Харлина.

Это открытие настолько поразило Хейзита, что он сначала не поверил своим глазам. Совсем недавно он был здесь, разговаривал с писарем и его тайным гостем, вместе с ними ел принесенные из дома пироги, слушал удивительную историю свитков – и вот все это полыхает оранжевой гривой всклокоченных огненных волос.

В происходящем был какой-то смысл, однако Хейзит не улавливал его.

Почему никто больше не тушит дом?

Почему толпа отхлынула от огненного столба и делает вид, будто вовсе не замечает его?

А, понятно! Теперь вода из ведер с шипением выплескивается на стены ближайших построек, не позволяя им заняться от тянущихся к ним языков неутолимого пламени. Вон в толпе мелькают знакомые лица. Растрепанная Эльха, не замечая, что на ней почти нет одежды, мечется между костром и своим домом с мокрыми простынями, которые уже начинают дымиться от жара.

Ее плачущих муж, вместо того, чтобы помогать ей, горестно заламывает руки и умоляет соседей спасти его жилище. Кто-то окатывает его с головы до ног водой и бежит дальше, к расположенному тут же колодцу, возле которого толпятся люди с пустыми ведрами, а Дит и еще несколько добровольцев с остервенением вращают рукоятку подъемного механизма.

– Не стой на дороге! – орет ему в ухо здоровенный детина, похожий на Исли, и чуть не сбивает с ног длинной жердью.