Многоликий странник

– Они вас описали, – возразила Велла, обиженная тем, что к ее словам не относятся серьезно. – Причем как старика, которым вы прикидываетесь.

– Они уже ушли? – помрачнел Фейли. – Не могли они выследить, куда ты побежала?

– Ушли. Мать сказала, чтобы я предупредила Хейзита. Она боится. И я тоже. Их было четверо, и вели они себя очень нагло. Вам угрожает опасность.

– Об этом я давно подозревал, – хмыкнул Фейли. Проснувшийся филин утвердительно ухнул. – Ну вот, теперь ты сам все видишь, Хейзит, и можешь сделать соответствующие выводы.

– А вы?

– Я уж как-нибудь разберусь. Не скажу, что приятно чувствовать себя в роли лисицы, на которую устроили охоту, но и не скажу, что эта новость застала меня врасплох. Выкручусь. Ступайте! – Он встал, давая понять, что разговор окончен. – Встретимся, когда придет время. – И добавил, положив ладонь на плечо юноши: – Надеюсь, ты не забудешь, о чем мы сегодня говорили.

– Я понимаю, – сказал Хейзит, больше всего расстроенный тем, что им не дали договорить с Харлином. – Обещаю, что сохраню это в тайне.

– Можешь не обещать. Как видишь, от этого зависит твоя собственная безопасность. Держи язык за зубами, как тебя предупредили, и думай, больше думай. Ну, бывай, маго.

Они пожали друг другу руки, и Велла чуть ли не силой потащила брата на улицу. Сзади с лязгом задвинулся засов.

Когда они свернули за угол, чуть не сбив с ног идущую им навстречу женщину, в которой Хейзит безошибочно узнал пекарскую жену Эльху, Велла замедлила шаг и отпустила брата.

– Почему она на тебя так посмотрела?

– Кто? Эльха?

– Ты с ней знаком?

– Впервые в жизни вижу.

– И уже знаешь по имени?

– Харлин нас давным-давно познакомил. Послушай, – взорвался он, – не слишком ли много ты задаешь вопросов?

– Наоборот, недостаточно. – Она надула губки. – Ты еще должен мне рассказать, какую это тайну ты обещал этому странному беглецу так тщательно хранить?

– Тайну о том, что у меня сама болтливая и бестолковая сестра во всей округе.

– Дурак!

Они пошли молча, делая вид, что незнакомы. Хейзита это устраивало как нельзя лучше. Правда, ему было жалко Веллу и обидно, что пришлось так грубо с ней говорить, но он утешал себя тем, что действует ей же во благо. Чем меньше она будет догадываться об истинном положении вещей, тем лучше для нее. В этом Харлин тоже был прав.