Многоликий странник

Легенды передавались от деда к внуку, из уст в уста, ими заслушивались долгими зимними вечерами, они придавали мужество воинам, которые вырастали из внуков, а потом сами становились дедами, и так продолжалось из поколения в поколение. Вабоны знали, что многие, если не все легенды и предания увековечены в длинных свитках и находятся за стенами замка, под бдительным присмотром эльгяр, наиболее грамотных и доверенных писарей и, конечно, самого Ракли. Подробности того, где и как эти свитки хранятся, не разглашались, однако даже подумать о том, что кто-то мог покуситься на них, а тем более уничтожить, было кощунственно.

– Но зачем?!

Харлин покачал головой.

– Боюсь, об этом мы можем разве что догадываться. Или задать вопрос самому Ракли. А когда он не ответит, в чем я не сомневаюсь, то его главному писарю, сочинителю новой истории Вайла’туна, Скелли.

Хейзит где-то уже слышал это имя. Ах да, ведь именно он выписывал по поручению Локлана верительную грамоту, которая сейчас лежала у него в кисете под рубашкой.

– В мое время, – продолжал старик, – Скелли был всего лишь младшим писарем, нечто вроде ученика подмастерья, если подобная должность существует в вашей строительной иерархии.

Хейзит согласно кивнул, вспомнив свою бытность учеником, когда ему позволяли разве что подтаскивать вместе с рабочими камни или мешать в котлах безжалостно вонючий раствор для их скрепления.

– Именно ему я обязан тем, что оказался выброшенным из замка и теперь зарабатываю на жизнь тем, что пишу записки разным безграмотным умникам и потрошу ради них безобидных животных.

Здесь он, насколько знал Фейли, слегка преувеличил, поскольку шкурки доставлялись ему с рынка уже готовые, и он только доводил их качество до необходимого для своих нужд.

– А в то время Скелли казался всем, кто работал в замке, самым безобидным и недалеким писарем, правда, наделенным одним неоспоримым даром: он умел не только переписывать тексты слово в слово, почти не допуская ошибок и не делая помарок, от которых не убережен ни один даже самый маститый мастер, но и в точности копировать почерк, которым писался тот или иной свиток.