Странник

Порт в блокаде, несколько десятков судов рейнов заблокировали вход в бухту, никто не проскочит. Сейчас можно уплыть только в Герол, и то, – он смерил Егора оценивающим взглядом и скептически хмыкнул, не походил Раевский на человека с деньгами, – место на корабле будет стоить не меньше двенадцати золотых.

– Сведи с капитаном, – попросил Егор и выложил на стол ещё один серебряный фиор.

– Будь тут вечером, – накрыв ладонью и эту монету, произнёс корчмарь, – когда городские склянки пробьют восемь.

Егор кивнул и отошёл. Если он не ошибся в оценке местного времени, у него было ещё часа три до назначенной встречи.

– Пятнадцать золотом, и отправимся на рассвете, – раздался за его спиной хриплый неприятный голос.

Каскад обернулся. За крайним столом сидел уголовного вида мужик с одним глазом, вся рожа в шрамах, пальцев на левой руке не хватало, причём серьёзно, в наличии два из пяти, зубы ему кто-то старательно проредил. В общем, данный тип не внушал доверия.

– Соглашайся или проваливай, – грубо выдал незнакомец, – нечего таращиться, а то будешь на меня похож.

– Пожалуй, откажусь, – совершенно серьёзно ответил Раевский.

– Дело твоё, – равнодушно заявил одноглазый и потерял к Каскаду всяческий интерес.

Егор хмыкнул и вышел на улицу. Капитану, который посадил сюда этого зазывалу, следовало бы его поменять на кого-нибудь более благообразного. Уж больно не внушает он доверия.

– Это Шрам, – неожиданно сказал мужик, вышедший следом.

– И как Зыбрав терпит конкурента у себя на постоялом дворе? – поинтересовался у незнакомца Раевский. – По идее, ему это не выгодно,

– Почему же невыгодно? Они в доле. Шрам отстегивает ему деньгу с каждого пассажира, который воспользуется его услугами.

– Только я сомневаюсь, что кто-то решается воспользоваться услугами одноглазого, он выглядит, как разбойник.

– Тут вы, господин, правы. Но есть один нюанс, к Шраму идут те, кто хотят попасть в определённое место быстро и тайно. Я даже удивлен, что он с вами заговорил, обычно он так не делает. К нему приходят по рекомендации.