Странник

Он посмотрел в надраенный железный лист, в котором виднелось мутное отражение, побрился он накануне в Веате, специально зашёл к местному брадобрею, а то зарастать стал. Но по хорошему, нужно самому учиться, и бритвой обзавестись, вот только боязно с опаской, всю рожу себе изрежет.

Вытащив кисет с табаком, он набил простенькую глиняную трубочку и, раскурив от вполне ещё живой зажигалки, посмотрел в щель между ставнями. До реки отсюда всего с полкилометра, вот только теперь ему туда не нужно, ещё вечером он окончательно определился с маршрутом, лучше чуть дольше, чем быстрее, но без гарантии.

Как там плакат гласил? «Водитель, будь осторожен, помни, тебя ждут дома». Дом его теперь чёрте где, но посыл правильный, тише едешь – дальше будешь.

Простой завтрак состоял из яичницы и чего-то, напоминающего обжаренный рубленый фарш. Было жирно, вкусно, холестеринно, и за это не жалко было отдать пару медяков.

– Ну, что надумали, господин? – поинтересовался корчмарь.

– Переправа, переправа, берег левый, берег правый, – процитировал Егор Твардовского бессмертного Василия Тёркина.

 – Рискну пойти землёй.

– Ну, тогда удачи вам, господин, – поклонился корчмарь и, потеряв интерес к дальнейшему общению, отвалил.

– Может, зря я про него плохо думал? – укорил себя Раевский, но плюнул на эти мысли, подставляться за интерес неохота.

Корчмарь не мог узнать, куда он направляется, дорога вела к реке, потом малый свёрток уводил к переправе, а широкая лента сквозь небольшой лесок шла вдоль реки к Северному океану.

Раевский ехал, не спеша, Азарт бодро шёл мелкой рысью. Хим, вполне довольный жизнью, бежал впереди. Вот и перекрёсток, внизу виднеется паром, крепкий, довольно большой, три телеги запросто возьмёт. Рядом два шатра, возле них горит костерок, на котором закипает чайник под внимательным взором пары кнехтов. Но теперь Егору туда не нужно. Небольшая роща справа, в ней глубокий и очень длинный овраг, это единственная причина, почему дорога сделала небольшую петлю, объехать оказалось проще, чем вырубать деревья и делать мост.

Военный лагерь, в котором была расквартирована сотня кнехтов, оказался прямо на опушке в трёх десятках метров от дороги. Уставшие часовые проводили всадника с собакой ленивым взглядом, им было совершенно неинтересно, куда и зачем он едет. Хотя, если честно, Егор и сам этого не знал, вернее, путь-то был, а вот его цель…

Через два дня эта дорога соединилась с центральной караванной.