S-T-I-K-S. Двойник

Но мне кажется, ещё немного, и он бы переборол приказ, и как двинул бы по нам.

– Но четыре секунды – это жизнь. Короче, как приедем, пойдёшь к знахарю. Он тебе всё объяснит и научит даром управлять. Отдать за это немного споранов не жалко. Потом будешь его горохом подкармливать. Рецепт простой: берёшь слабенькую уксусную эссенцию, растворяешь в ней горох, гасишь содой, процеживаешь и выпиваешь. Только паузы делай, а то траванешься, или вообще подохнешь.

– Как хабар делить будем? Тут вполне прилично.

– Ты, конечно, рубера завалил и нас всех спас… Я предлагаю так: добыча с него целиком твоя, с кусача что на поле на троих, как и с топтунов.

– По рукам,– согласился Ампер.

– Согласна, – отозвалась с заднего сиденья Галина. – Кстати, Клык, а что ты там говорил про то, что женщинам можно имена выбирать?

– Есть такая традиция, – усмехнулся рейдер. – Только прими совет, девочка, оставайся при своём, а то затеряешься в Софиях, Снежаннах да Аделинах.

– И не собиралась, – отозвалась Галя. – Это так, вопрос из сферы природоведения.

Дальше ехали молча. Аэропорт остался позади. Куда откочевала орда, было совсем непонятно. Беспилотники тоже больше не появлялись.

– Кто-то навстречу идёт. Три машины, вроде обычные, два джипа и грузовик, – наблюдая за дорогой в визор, сообщил Ампер.

– Не вижу, – отозвался Клык.

– До них ещё два километра, нырнули в низину.

– Могут, – отозвался трофейщик. – В эту сторону полезных кластеров – раз два, и обчелся, а вот башку сложить можно без проблем.

– У меня предчувствие плохое, – подала голос Галя. – Объяснить не могу, просто очень страшно, и всё. Словно смерть на меня смотрит.

– Ты, девочка, от предчувствий не отмахивайся, – вполне серьёзно заметил Клык. – Мы тут народ вообще суеверный, есть куча примет, наших местных.

– Сколько там народу может быть?

– Три машины, – задумчиво произнёс рейдер, – человек десять, не меньше. Если они из Спокойного, нас по любому остановят, чтобы узнать, кто мы. Сила на их стороне.

Местность была поганая. Впереди и чуть справа здание завода, вернее то, что от него осталось. Бетонный забор, остатки корпусов с выбитыми стёклами, и больше ничего.