На той стороне – 3. Боярин

– Его сиятельство – боярин Константин Андреевич Воронцов, – провозгласил секретарь, вошедший следом и усевшийся за небольшой столик с кучей бумаги.

– Совет мужей вольного города Тверд рад приветствовать боярина Воронцова, – пафосно провозгласил старец с самой длинной седой бородой, напоминающий волшебников из фентези. Причем весь совет не поленился подняться, чтобы поприветствовать гостя.

Константин прошел к столу. Глянув на стул, он раздраженно дернул щекой. Стоит сесть, и он будет как на слушанье в суде, и снова в роли обвиняемого.

Плохо, что он не знает, что им от него нужно, а значит, просто невозможно выбрать правильную линию поведения. «Что ж, смешаем им карты, выбьем их из привычного», решил про себя Константин. Сейчас он напоминал себе голубя, который в парке играл в шахматы с гроссмейстером – раскидать фигуры, насрать на доску и улететь.

– И я рад приветствовать совет мужей славного вольного города Тверд, – ответил Воронцов той же манерой и, обойдя стол, присел на него. Теперь он оказался вроде бы как вровень с ними.

Правители начали переглядываться, выбирая линию поведения, было видно, что их подобное поведение озадачило.

– Да они в шоке, как вы, инопланетники, выражаетесь, – рассмеялась Юлия у него в голове.

– Не отвлекайте, боярышня, – попросил Константин, – сейчас нужно быть крайне собранным.

Юлия намек поняла и заткнулась, выбрав роль молчаливого наблюдателя.

– Итак, – продолжил меж тем Константин, не давая советникам передышки, – вы искали со мной встречи, хотя я даже не догадываюсь, почему, даже секретаря с гвардейцами отправили и ведуна не забыли.

Мне крайне лестно подобное внимание, вот только я не понимаю, чем его заслужил?

Главный советник зло стрельнул глазами в сторону самого молодого, сидящего слева от Воронцова, выдав на корню, чья это была идея. Видимо, и насчет угрозы выдворения он придумал.

Тот в ответ сжал губы в тонкую линию и отвернулся, изучая Воронцова.

Наконец, советники оправились от первого натиска и заняли свои кресла.

– Константин Андреевич, – опустив титулование, произнес старший, – меня зовут Ставром Прохоровичем, я председатель совета. – Голос старика креп, похоже, он садился на привычную лошадку и хотел вернуть инициативу. – Город и вольные земли имеют к вам деловое предложение. Вы ни в коем случае не арестованы, не задержаны, как бы вам могло показаться.

– Это хорошо, – согласился Воронцов, втиснувшись в короткую паузу, – а то мне действительно так показалось.