На той стороне – 5. Между светом и тьмой

– Давайте будем справедливы, барона я повязал один, только Искра меня прикрыла от стрельбы. С Нессой я договорился полюбовно, но за спиной уже стояла присягнувшая мне дружина… Ладно, Мирон, пошли отсюда, не стоит заставлять людей ждать, пусть посмотрят на своего боярина.

Он поднялся, кинул на стол пару золотых, не видя смысла мелочиться, и вышел в залу.

Трое дружинников, которые сторожили двери в «кабинет», вытянулись и уставились на Воронцова, ожидая приказов.

Сидр выскочил из-за стойки и, боязливо поглядывая на охрану, приблизился.

– Всем ли вы довольны, Ваше сиятельство?

– Благодарю, все было очень вкусно, не зря мой батюшка к вам захаживал. Плата на столе. А теперь, милейший, мне пора с людом пообщаться.

Сидр ничего не сказал, а, только поклонившись, отступил в сторону.

Воронцов решительно прошел к двери и, распахнув ее ногой, вышел на высокое крыльцо. Да уж, немаленькая площадь была забита людьми, на первый взгляд пара тысяч человек.

– Костя, – подойдя ближе, прошептала Юлия, – может, уберешься с открытого места? Ты сейчас идеальная ростовая мишень.

– И как ты себе это представляешь? – зашептал он в ответ. – Люди пришли нового боярина увидеть, а он, как последний трус, укроется от них щитами и запрется в домике? Я бы такого боярина на хрен послал. Семейка барона сейчас нейтрализована, разве что какой-то сумасшедший одиночка стрельнет, но тут моя защита должна справиться. А теперь не отвлекай. Люд Воронградский, – поднимая руку и призывая к тишине, громко, как только возможно, произнес на всю площадь Константин, потом понял, что его слышат, в лучшем случае, первые ряды, повернувшись к ведуну, который стоял рядом, поинтересовался: – Мирон, можешь мой голос усилить?

– Можно устроить, – степенно кивнул тот, и его посох слегка засветился, а перед лицом бывшего детектива повисло нечто мутноватое, вроде как маленькое облачко.

 – Попробуйте, Ваше сиятельство.

– Здрав будь, люд Воронградский, – снова громко произнес Воронцов и на этот раз его слова разлетелись по всей площади, причем, видимо, была какая-то фильтрация, поскольку те, кто стоял ближе всего, не оглохли.

 – Я рад видеть вас тут сегодня, в день моего возвращения в вотчину. Барон Торбин лишен титулов и имущества, и завтра будет повешен за мятеж и покушение на боярина, в полдень состоится казнь. Что будет далее? Я пока и сам не знаю. А теперь прошу простить меня, дел много, и сейчас меня ждут в управе.