На той стороне – 5. Между светом и тьмой

Крик стих, обугленное тело, все еще сжимающее в руках револьвер, рухнуло на колени и замерло.

– Мирон, – крикнул Константин, – посмотри данные по охранному артефакту дома, я хочу знать, это инициатива этого дурака, или кто-то из семейки прежнего хозяина подговорил его? Результат немедленно мне, жду, у тебя три минуты.

– Да, Ваше сиятельство, – немного растеряно произнес Ведун и скрылся в доме.

– Если это сынок подговорил, повешу всю семейку, – зло бросил Воронцов.

Мирон появился через две минуты.

– Ваше сиятельство, не извольте гневаться, охранный артефакт не обнаружил ничего, что указывало бы на сговор против вас, этот дружинник действовал в одиночку. Возможно, причиной нападения могла послужить его преданность бывшему барону, тот спас его жизнь несколько лет назад.

Воронцов почувствовал взгляд и увидел баронессу, стоящую на балкончике третьего этажа. Женщина теребила что-то в руках. Не нужно было обладать сверхспособностями, чтобы почувствовать ее страх.

Константин слегка покачал головой и, развернувшись, направился к воротам особняка, а навстречу ему бежало с полсотни дружинников, которые по приказу Мирона брали на себя охрану дома.

– Прежнюю охрану разоружите, – крикнул Константин пробегающему мимо десятнику. – Оружие вернете, когда город будут покидать.

– Будет сделано, Ваше сиятельство, – дружно гаркнули бойцы и поспешили выполнить приказ.

Трактир оказался не таким уж и большим, хотя зал занимал четверть первого этажа довольно внушительного гостиного двора.

– Ваше сиятельство, – выскочил ему навстречу мужик, одетый в хороший, довольно дорогой, расшитый темно-синий кафтан, – я Сидр, владелец гостиного двора «Вороново гнездо». Счастлив лицезреть. Отобедать желаете?

– Желаю. Только, есть ли более уединенное место, где мы с моими спутниками могли обсудить дела?

– Как не быть? – поклонился хозяин. – Ваш батюшка любил тут обедать, если дела его в городе заставали.

– Тогда веди, – не выдержала Юлия этих расшаркиваний, – а то есть хочется, а мы еще даже за стол не сели.

Малу стоило немало труда, чтобы его лицо осталось беспристрастным. Мирон возмущенно уставился на дерзкую ведунью, которая смеет перебивать боярина. Константин же улыбнулся, похоже, боярышню снова накрыло чужими эмоциями, и эти качели начинали раздражать.

– Моя спутница права, милейший. Время за полдень, да и торопимся мы, а кушать хочется, так что, веди.