На той стороне – 2. Пыль дорог

Его новая куртка не смогла бы выдержать подобного, а вот тень вполне, Воронова просто смело с дороги. Тень же, выполнив свое предназначение, тут же исчезла.

Константин отлетел в одну сторону, карабин в другую. Тварь ударила прекратившего завывать и разворачивающегося к ней мордой прислужника длинным хвостом, так, что он взвизгнул и рухнул на спину. Из резаной раны потекла светло-голубая, едва ли не прозрачная, кровь.

А непонятная тварь, укутанная тьмой, рванулась к упавшему Воронцову, добить. Приложившись в полете башкой о землю, Константин не смог бы оказать даже малейшего сопротивления, прилетело ему знатно, весь мир плыл в кровавом тумане, руки не слушались.

Выстрел ударил по ушам. Затем еще один и еще, что-то массивное смело Константина с дороги, снова приложив спиной о землю, отчего он окончательно вырубился.

Пришел он в себя от льющейся на его лицо воды.

– Очнулся? – с недовольством произнесла Лада. – На, глотни, охотничек. Решил, что самый крутой?

Константин с трудом сел. Обнаружив рядом заднее колесо грузовика, он кое-как развернулся и прислонился спиной к нему, смог перевести дух.

– Дай попить, – протянув слабую, с заметно подрагивающими пальцами руку, попросил он.

Калинина молча передала ему незакрытую флягу, кадык ходил туда-сюда, Воронцов пил жадно и с каждым глотком ему становилось лучше.

– Тварь где?

– Вон, – махнула рукой Лада в сторону дороги, по которой они ехали, причем с лица женщины исчезло недовольство, и проступила гордость. – Представляешь, все три раза попала, прям в прыжке. И, видимо, один раз очень серьезно, поскольку, когда она по тебе второй раз прошлась, рухнула на брюхо и поползла. Я еще дважды ей в след выстрелила, но она залечивала раны прямо у меня на глазах. И тут я вспомнила об артефактном ноже твоего приятеля – приказчика, зашла со спины и в загривок.

– Молодец, – похвалил напарницу Константин. – А где Беляш?

Он повернул голову в сторону, где должен был лежать прислужник, но не обнаружил его, и привязи он почти не чувствовал, словно та таяла, истончаясь с каждой секундой.

– Черт, – в сердцах произнес он, с трудом поднимаясь на ноги. – Как же так-то?

– Где Беляш? – не поняла Лада. – Я его не вижу.