Блокада 2.0

– Всем внимания, – крикнул Чек, не выпуская локоть сестры, – сейчас мы пойдем вперед, Кот и Москва прикрывают наш тыл. Двигаемся быстро, у нас слишком маленькая фора. Всем понятно?

– Понятно, – раздалось в ответ слитное гудение.

– Карин, – Ярик повернулся к ней, – мне тоже жалко Клима, но он бы не одобрил, соберись, ты нужна мне, я один не проведу их.

Плеть таращилась на него, не понимая, что он хочет, мысли в голове с трудом ворочались. Поэтому жесткая, сильная пощечина, которая обожгла ей щеку, была настолько неожиданной, что девушка тряхнула головой и с вызовом уставилась на брата, тот сроду ее не бил, это был первый раз.

– Что ты от меня хочешь? – неожиданно зло спросила она.

– Нужно вести людей, – отчеканил он.

– Я поняла, – встряхнувшись, произнесла Карина, вытащила из кармана платок и попыталась вытереть заплаканное опухшее от слез лицо.

Кое-как приведя себя в порядок, Плеть перехватила автомат и, обойдя людей, уронила на глаза прибор ночного видения. Мир стал зеленоватым с примесью черного.

Потом чертыхнувшись, она поняла, что фонарь нельзя использовать с ночником, она-то видит, а остальные нет, так что, подняв прибор, зажгла фонарь и повела всех к спуску.

Карина слышала, как шаркают за спиной множество ног, но не оборачивалась. А вот и лестница, вниз все же легче, чем вверх, и девушка довольно быстро спустилась. Пару раз она оступилась, нога промахивалась мимо ступеньки, высота-то была приличной. Вот, наконец, маленькая площадка, на которой можно отдохнуть.

Душераздирающий крик раздался сверху, а спустя секунду прилетело тело. Это был мужчина, один из немногих уцелевших, вроде бы техник. Ударившись о перила, и едва их не проломив, он скользнул дальше, но уже беззвучно.

Девушка молча отвела глаза от внушительной вмятины на поручне, это наверняка не последний погибший. Она даже не представляла, скольким удалось спастись, ее неплохо приложило самым краем парализующей волны, а потом была гибель Клима и разваливающийся на куски дом, так что она просто не видела, сколько народу прошло мимо.

Но человек двадцать, наверное, точно есть. Двадцать из сотни. Она помнила, как пули рвали тела бегущих, на нее даже плеснуло кровью, когда попали в женщину, которая оказалась в двух шагах от нее. Она видела разочарование на несвежем грязном измученном лице, разочарование в том, что она не успела добежать.

Потихоньку народу на этой маленькой площадке прибавлялось, становилось тесно.