Пощекочи нервишки. Святые бензопилы. Horror

Он сидел в бархатном кресле в гостиной, выполненной в сиреневых тонах. Харя встала напротив мужчины. Она стала подходить к Зубодерову. Тому показалось, что она заполняет своим бюстом если и не весь мир, то весь его обзор, это точно. Зубодеров даже откинулся на спинку кресла, чтобы видеть Харю целиком.

– Я говорю о ней, – пробасила Харя и показала глянцевый журнал. На обложке была изображена Рожа Светская возле новенького автомобиля, выпущенного в единственном экземпляре.

– О, я понял, о ком ты, – сказал Зубодеров и посмотрел на Яна.

Зубодеров состроил озабоченную мину на лице.

– Но как же ее привлечь в этот фильм, ведь бюджет у меня… не очень.

Но оказалось, Харя Аристократическая все уже обдумала.

– Ты скажи, что приглашаешь ее на главную роль – роль убийцы, а жертвой по сценарию буду я.

– Гениальное решение! – воскликнул он. – Это, вероятно, ее заинтересует.

Харя растянула полные губы в змеиной улыбке.

– А чтобы она быстрее прибежала к вам, скажите, что в фильме будет играть не кто иной, как Платон Железный, – сказал актриса, раздувая свой бюст.

– Ого, от такой приманки она не сможет устоять!

– Еще бы!

– Ваш второй муж, который ушел от Рожи Светской, ведь тоже был артистом.

Харя скривилась, оттопырив нижнюю губу.

– Да, – ответила она.

– Он приходился первым мужем Роже?

– Все верно.

– Как жаль, что с ним случилось… А что с ним случилось?

Харя холодно посмотрела на Зубодерова.

– Несчастный случай, – сказал она. – На сцене. Заколол себя шпагой.

– Какое несчастье! Такое иногда бывает.

Когда Зубодеров и Ян ушли, Харя кряхтя полезла под диван. Она шуршала там полминуты и наконец вылезла с несколькими связками динамита с часовыми механизмами. Толстые губы Хари растянулись в улыбке, и она любовно, словно котят, погладила свои бомбы.

6

– Да ни в жизнь!!! – страшным голосом заорал Платон Железный.

Платон Железный взъерошил ежик седых волос, жестких как проволочная сетка, и театральным жестом запахнулся в плащ мушкетера.

– Я готов умереть за искусство! Готов дойти до конца своей актерской жизни и сгинуть в могиле. Но не откажусь от своего решения!

Платон опустился в кресло напротив Зубодерова и Яна.