Пощекочи нервишки. Матч вурдалаков. Horror

Он все так же держал изрыгающую жуткие звуки бензопилу на вытянутых руках.

– Выключите ее, кто-нибудь. Кто знает, как ее выключить?

– Сейчас я тебя выключу, – сказал капитан и бросился к Бизону с намерением сунуть свою оголенную до локтя руку под мелькающие зубья пилы.

Бизон отдернул бензопилу от надвигающейся руки Ракеты и попал по его шее. Голова слетела с плеч и укатилась под стол, а тело капитана регбийной команды продолжало стоять как ни в чем не бывало.

Парни заорали. Бизон в ужасе отбросил бензопилу.

– Ты что сделал! – заорал на него Пастор, обкладывая себя крестными знамениями.

– Это случайно! – кричал Бизон. – Какого черта он полез под пилу! Видите ли, он бессмертный!

– Успокойтесь! – орал на всех Турбо.

От его слов все стали орать еще больше, пока Граф не сказал:

– На наши крики сейчас сбежится полгорода.

Все разом затихли. Теперь прения продолжались громким шепотом, что невольно вызвало ассоциации с серпентарием.

– Что будем делать? – шипел Пастор. – Может, скорую вызвать?

– Ага, и что скажем? – полюбопытствовал Граф.

Бизон был бледен. Он смотрел на стоявшее подле него безголовое тело.

– Чего же он не падает? – пробормотал Бизон.

Все уставились на Ракету без головы. Крови почти не было, ноги Ракеты твердо стояли на полу. И со стороны складывалось впечатление, что, в общем-то, все в порядке с капитаном, только головы нет.

– Не знаю, может, это болевой шок? – предположил Турбо. – Вот и не падает.

– Какой, к лешему, болевой шок! – возмутился Пастор. – У него же башки нет. Его душа уже в ином мире.

Бизон ойкнул, когда левая рука Ракеты поднялась вверх, а затем опустилась на бедро и почесала его.

– Это предсмертные конвульсии, – уверенно произнес Турбо.

– Может, его дорезать до конца, – брякнул Бизон.

Рука Ракеты дала затрещину Бизону, от которой здоровяк даже отступил в сторону на несколько шагов.

– Я тебя сам сейчас дорежу, – вдруг раздался голос Ракеты.

Пастор стал осенять себя крестным знамением:

– Это голос Ракеты с небес попрекает нас за деяния наши.

– Скорее он раздается откуда-то снизу, – заметил Граф, и остальные с ним согласились.

– Ну да, конечно, снизу, из ада, конечно же, – сказал Пастор, – кто его на небеса пустит, поэтому его голос и раздается снизу.

– Вам кажется снизу, потому что я с вами из-под стола разговариваю.