Симбиоты

– Ну садись, чемпион, – улыбнувшись, лидер живущих здесь выживших достал из кухонного шкафчика тарелки, – голодные?

Кивнув, я примостился за столом разглядывая неунывающего Толяна.

– Вы только посмотрите не него, – хмуро протянул я, разглядывая довольную морду друга, – я из-за него людей убиваю направо и налево, а он тут жрет.

– И чо? – не опуская ложки, меланхолично спросил друг, – много убил?

– Пятерых… – вздохнув, я взял протянутую тарелку с супом и вдохнул пряный аромат.

– Да ладно, – округлив глаза, он удивленно уставился на меня, – на тебя не похоже…

– Сам удивляюсь, – огрызнулся я и зачерпнул ароматно пахнущую, но как оказалось практически пустую жижу, – сказали бы мне полгода назад, что я буду как спецназовец скакать по крышам и косить людей и мутантов… Вот бы я поржал тогда.

– Каких мутантов?

– Очень, очень странных… – я задумчиво мешал ложкой суп, – один из “черепов” оказался Альфой. Он не был их пленником, скорее наоборот. У меня создалось мнение, что он является их командиром.

Мы с Толяном вопросительно уставились на Ивана. Съежившись под нашими взглядами, он начал угрюмо оправдываться.

– Мы мало что знаем про этих уродов. Мы знаем, что им нужны мутанты для производства лекарства. Знаем, что они практически не высовываются из своей закрытой зоны и не выпускают никого из города живым. Если кто-то попадается им вне зоны переговоров, то он или умирает, или попадает к ним в плен и больше не возвращается.

– А откуда у вас планшеты для связи с ними? И что это за зона переговоров?

Заварив в чай в больших, металлических кружках, дядя Ваня начал свой рассказ.

Когда войска с последней колонной покинули город, множество зараженных было брошено на произвол судьбы. Оказавшись одни, в большом и как сначала казалось брошенном городе, они разделились на несколько групп. Некоторые хотели уйти из города вслед за правительственными войсками, другие хотели остаться и прожить то что им осталось здесь.

– Примерно через неделю мы в первый раз столкнулись с “черепами”, они расстреляли одну из групп которая была отправлена за провизией. – лицо Ивана исказила боль воспоминаний, – выжило только двое. Раненные и избитые, они были отправлены к нам с посланием и планшетами. Никто не должен приближаться к любым складам с провизией и вооружением. Под запретом также оказались крупные магазины и торговые центры.