Хроники апокалипсиса. Начало

Постучав костяшками пальцев по толстому стеклу, он заставил пациента обернуться. Генерал почувствовал, как на его голове зашевелились волосы. В глубине бокса из-за бронированного стекла на него смотрел он сам. Тот же разрез глаз, выражение лица, морщины. Прищурившись, ЭТО внимательно изучало его.

– Цвет глаз еще не совпадает, – посетовал Соловьев, – но это скоро исправится. Для полноценной мутации нужно несколько недель. А пока можно скрыть это за стеклами солнцезащитных очков.

– Какого черта здесь происходит? – просипел ошарашенный генерал.

– Это вы, разве не видно?

За спиной генерала лязгнул затвор автомата. Тот самый стрелок, который зашел вместе с ними, теперь молча целился в голову командира гарнизона. Шансов нет – через прицел на него смотрели глаза профессионального убийцы. Нет смысла пытаться переиграть его. Растерянно переводя взгляд с автомата на своего двойника, генерал сделал пару шагов назад.

– У вас ничего не выйдет, – задыхаясь от волнения, ответил Руденко, – подмену заметят.

– Ты не переживай, Коля, – панибратски похлопал его по плечу профессор и махнул головой в сторону его копии, – мы хорошо подготовились. Генетический материал я без проблем достал в военном госпитале. Сейчас военное положение, отличный способ ограничить круг общения с близкими людьми. Твое досье он знает. Присаживайся.

Генерал сам не понял, как оказался в просторном кресле с пристегнутыми руками и ногами. Только не так. Он представлял свою смерть во множестве лиц, но не так.

– Неужели все закончится именно так?

– Закончится? – в глазах профессора мелькнуло детское изумление. – Нет, что ты? Все только начинается!

Взяв со стола шприц, он достал из медицинского холодильника прозрачную ампулу. Насвистывая попсовый мотивчик, он медленно наполнил шприц и придирчиво отмерил необходимую дозу.

– Думаешь, я тебя убить хочу? Нет-нет, мой дорогой! Это амитал-натрий, его еще называют сывороткой правды.

Рядом с профессором появился двойник Руденко. Присев на один из стульев, он внимательно наблюдал за действиями Соловьева.

– Почему он так на меня смотрит? – не сводя взгляда с иглы в вене, спросил генерал.

В голове уже начали происходить изменения. Чувства страха и паники постепенно уступали место легкой эйфории, немного похожей на алкогольное поведение.