Хроники апокалипсиса. Начало

Мать, похоже, не заметила, что я уходил, так как продолжала ругаться, убираясь у меня в комнате. Найдя в груде вещей на стуле футболку, я начал одеваться.

– Куда тянешь, охламон! Это в стирку, – заголосила мама, вырывая футболку, – в шкафу чистые лежат.

Пожав плечами, я взял другую майку. Вот смысл так надрываться? Никаких нервов не останется…

– На столе пирожки и чай, – скомандовала мама, заметив, что я собираюсь сбежать.

– Некогда, – отмахнулся я.

– Ну что же ты за ребенок такой? – грустно опустившись на кровать, она посмотрела на меня.

Вздохнув, я присел рядом.

– Мы на сборы собираемся, а я проспал, не обижайся.

– Как? Когда? На сколько? – тут же подскочила мать. – Толик, ты почему ничего не сказал?

Мама у меня была очень хорошей женщиной. Лидия Константиновна Слуцкая, ну, или просто Лида. Отец сел в тюрьму еще до моего рождения, хотел обеспечить семью, да так и не вышел. Туберкулез – это вам не шутки. Хоть мы и ругались часто, но она меня любила. Просто я немного не оправдал ее ожидания.

Мне уже двадцать четыре года, нормальной работы нет (подрабатываю на стройке), пара приводов в ментовку за хулиганку и нет постоянной девушки. Особо подружкам не похвастаешь…

– Завтра утром едем, на две недели с ребятами из клуба, – пояснил я. – Я тебе вроде говорил, может, из головы вылетело?

– Эх, непутевый, – горестно вздохнула она. – Ночевать дома будешь? Я тебе покушать в дорогу соберу.

– Буду, – улыбнулся я, – а сейчас побегу, собираться надо.

Чмокнув маму в щеку, я побежал на улицу, прыгая через две ступеньки.

Быстрым шагом преодолев два квартала, я свернул на огороженную стройплощадку. Недалеко от меня, удобно устроившись на штабелях досок, обедали парни с моей бригады.

– Здорова, Анатолича не видали? – спросил я, здороваясь за руку.

– В третьем подъезде посмотри, он там уже час орет, – ухмыльнулся Митяй, крановщик.

– А че он? Опять с пьянкой поймал кого?

– Хуже, ночью шесть стеклопакетов пропало, рвет и мечет, – пояснили парни.

Ухмыльнувшись, я побрел искать бригадира. Значит, сторожа не заметили, как мы с Серым вчера их выносили. Все равно я собирался увольняться.

Маты Анатолича, за глаза мы называли его Рупор, были слышны еще на улице. Быстро забежав на третий этаж, я нашел его и прораба в самом разгаре спора. Бригадир пытался спихнуть все на охрану, а интеллигентный прораб (бывают и такие) намекал, что ключи от подъезда, где хранились материалы, были у нас в каптерке.